Как стать счастливым?

Алексей вынес из подъезда четыре огромных чемодана и стал ждать такси, думая о том, что всё прошло, в общем-то, неплохо. «Да, — думал Алексей, — неплохо оно всё вышло. И вещи все свои забрал. И разговор с женой о расставании прошёл достаточно спокойно. Без драматических сцен с её стороны. Я так боялся, что с её стороны будут грубые упрёки на повышенных тонах, слёзы. Больше всего опасался, что Алла начнёт плакать. Грубые слова и упрёки — это ещё ладно. Но слёзы. Терпеть не могу, когда женщины плачут...

Проснувшись и открыв глаза, Вадим не понял, где он и что с ним, и поэтому какое-то время задумчиво смотрел в потолок, пытаясь вспомнить вчерашнее. Но, в отличие от Вадима, его память или ещё спала, или её вообще не было, потому что она куда-то там ушла. В любом случае память Вадима никак не могла сообщить своему хозяину какие-либо полезные сведения. И Вадим решил, что если он сейчас ничего не помнит, то, наверное, это к лучшему. «Пусть так, — подумал Вадим. — Никуда моя память не денется. Первый раз, что ли? Когда-нибудь она по-любому вернётся...

— Принесла же кого-то нелёгкая, — с негодованием произнесла Зинаида. — Ну вот что за люди, а? Позавтракать спокойно и то не дадут. Восемь утра, а они уже в дверь звонят. — Это не ко мне, — поспешила ответить свекрови Алёна. В дверь продолжали звонить. Зинаида посмотрела на сына. — А что ты на меня смотришь, мама? — взволнованно произнёс Матвей. — Можно подумать, что это пришли ко мне? — Точно не к тебе? — Ну говорю же, мама! Почему ты мне не веришь? Это, наверное, к тебе. — Ко мне? — Ну да. «Кто-нибудь...

— Звоню, чтобы сказать, что через полчаса мы будем у вас, Федя. Фёдор ничего не понял и ещё раз посмотрел на телефон, надеясь, что узнает, кто звонит. Но номер был неизвестный. — Простите, — вежливо ответил Фёдор, — но уже час ночи. И я очень хочу спать. Позвоните, пожалуйста, утром. Фёдор выключил телефон, погасил ночник и повернулся на правый бок. — Кто звонил? — спросила жена. — Никто, — ответил Фёдор. — Странный звонок какой-то. Наверное, номером ошиблись. Ай. Не обращай внимания. Всё хорошо...

Они разговаривали уже больше часа. Свекровь и невестка. Но согласие так и не было достигнуто. И Антонина начала уже уставать и злиться. Она посмотрела на невестку, тяжело вздохнула и продолжила: — Ты даже не представляешь, каким тяжёлым будет для тебя развод, Марина. А почему ты усмехаешься? — Я не усмехаюсь, Антонина Павловна, — спокойно ответила Марина. Свекровь нахмурилась. — Я серьёзно говорю, Марина. Ты что думаешь, я ради кого тут уже столько времени стараюсь? А? Ради кого я пытаюсь до тебя это донести? Ради себя, что ли? — А разве нет? — Да очень надо! Я ради тебя это делаю, глупая...