Яна Шплис | Писатель

Герой открыл глаза.Он стоял в бесконечном коридоре – справа тянулись стеллажи с папками, а слева вовсе не было стены. Там кружил чёрный снег, медленно падая в бездонную глубину.За массивным дубовым столом, плавающим на пушистом облаке, сидел Чиновник с большими крыльями. Он изучал свиток, исписанный мелким шрифтом, изредка проводя пальцем по строчкам. — А-а, проснулись, — сказал он, не отрываясь от бумаг. — Вы нарушили пункт 7.3 Устава Жизни. За это полагается исчезновение. Герой моргнул. — Какого устава? — Того, что вы подписали при рождении...

Вспоминаю себя в восемнадцать лет. Тело — стальная пружина, душа — парус на ветру. Неизведанное манит, обещая чудеса за горизонтом. И я лечу вперёд, словно стрела, выпущенная из лука. Весь мир – мой, стоит только захотеть, протянуть руку и взять то, что нужно. Нет вершин, которые не покорить, нет тайн, которые не разгадать. Жизнь разворачивается передо мной, как чистый лист бумаги, и я верю, что напишу на нём что-то великое. Я торопливо шагаю по знакомой улице, пряча лицо от порыва колючего ветра за воротник пальто...

Она помнила их прикосновения. Помнила, как влажные, ледяные ладони сжимали её в моменты скорби. Как дрожащие пальцы спешно подхватывали, чтобы унести остатки обеда. Как солёные слёзы капали на потёртые золочёные глифы. Она – фарфоровая тарелка – свидетельница круговорота прошедшей жизни. Видела многое — и горе, и радость, голод и страх. Этот дом умер давно. Сначала ушли люди, а с ними и звуки. Мыши и те перестали шуршать по углам. Она лежала на столе в пустой комнате, задыхаясь под тяжестью пыли...