МироВед

Деревня Калиновка стояла на семи ветрах. С одной стороны к ней подступал лес — дремучий, вековой, где водились и лоси, и медведи, и волки. С другой — тянулись поля, за которыми начинался райцентр, до него было километров двадцать...

Дорога, ведущая из деревни Грибовка в райцентр, была пустынной. По обочинам — лес, поле, лес, поле. Осень в тот год выдалась холодная, ветреная. Дожди размыли грунтовку, и редкие машины летели по трассе, обдавая придорожные кусты грязью...

Трасса, соединяющая райцентр с областным городом, в будний день обычно пустовата. Только фуры тяжело ползут в сторону городу, редкие легковушки обгоняют их, да местные автобусы, дребезжа, останавливаются на полустанках...

Она спала в подземном переходе, когда услышала крик. Нет, сначала ей показалось, что это ветер. Или собака. Или просто голодные глюки, которые мучили её уже третью неделю. Но крик повторился — тонкий, надрывный, похожий на плач младенца...

Дед Егор жил на отшибе деревни, у самого леса. Был он охотником, но старым уже, седьмой десяток разменял. Ружьё висело на стене, смазанное, но в руки брал редко — тяжело стало. А вот лес любил. Каждое утро, даже в мороз, выходил на крыльцо, смотрел на опушку, дышал...

Дом стоял на краю деревни, последним в ряду. За ним начиналось поле, а за полем — лес. Зинаида выбрала этот дом сама, когда выходила замуж. Говорила мужу: «Хочу, чтобы из окна было видно, как солнце садится за деревья»...

Деревня Грибовка стояла на холме, среди полей и перелесков. Дома здесь были старые, ещё с советских времён, но люди жили крепко, держали хозяйство, растили детей. Олег переехал сюда пять лет назад, когда женился на Наташе, местной девушке...

Тот день запомнился надолго. Мороз стоял такой, что птицы падали с веток, а дым из труб поднимался ровными столбами, не развеиваясь. Река, что текла за околицей, давно замёрзла, и лёд на ней был толстый, крепкий, только у самого берега, где били ключи, оставалась опасная полынья...

Лес в тот год стоял сухой, как порох. Дождей не было с начала июля, а сейчас уже наступил август, и каждая искра могла обернуться бедой. Местные мужики только головами качали: «Гореть будем, чует моё сердце»...

Тот автобус я запомнил навсегда. Обычный рейсовый, номер 437, который ходил от городского автовокзала в дальние деревни через разбитую трассу. Я ехал к тётке в Грибовку помочь с картошкой. Утро воскресенья,...

Дорога петляла между полей, поднималась на пригорки и снова ныряла вниз, к речке. Осень в тот год выдалась тёплой и сухой, листья на берёзах уже облетели, но солнце светило по-летнему ярко. Семья Соболевых...

Городские улицы в этот час были пусты. Рабочий день давно кончился, маршрутки гремели пустыми корпусами к паркам, фонари зажигались нехотя, словно тоже устали. Андрей шёл от остановки к дому, перекинув...