— Маша, как это понимать? — заранее боясь ответа, спросил Кирилл. Радость от встречи с дочкой сразу куда-то пропала.
— Ну, они играли во дворе, а я была неподалеку. Элеонора отвлеклась, и я спросила Викулю, хочет ли она увидеть папу. И, конечно, девочка согласилась, — как ни в чем не бывало ответила Мария.
— Маша, ты что наделала? Ты что, не понимаешь, что Эля сейчас мечется, переживает, ищет Вику? Она наверняка уже больницы и морги обзвонила, в полицию заявила. — Объяснять дальше Кирилл не стал. Пожалуй, это было бесполезно. У Маши явно было что-то не в порядке с головой. — Так, я срочно звоню Эле и говорю, что Вика у нас.
— Кирилл, не надо никуда звонить! — воскликнула девушка.
— Что значит не надо звонить? — набирая на своем смартфоне номер бывшей жены, сказал Замарин.
— Кирилл, у меня есть два билета на поезд, на два часа. Я уже вещи собрала. Новую жизнь начнем, глупенький.
Кирилл сунул руку во внутренний карман своей куртки, которая висела на вешалке, и не обнаружил паспорт на своем привычном месте.
— Ты и паспорт мой без спроса взяла? Маша, это не выход. Нас все равно найдут, заберут ребенка и в тюрьму посадят. Ты этого хочешь?
— Может, ты что-то другое придумаешь? — обнимая Вику, спросила девушка.
В этот момент в дверь позвонили.
— Уже придумал. Пойду, открою Элеоноре дверь, — хмыкнул Замарин.
Только Кирилл провернул замок, как в квартиру ворвался адвокат Николай. Он был один. Увидев девочку, сказал:
— Я так и знал. Вам повезло, без полиции обошлось. Элеонора уже звонить собиралась. А вам, юная леди, — Низовцев обратился к Марии, — я обещаю неприятности с законом, если такое повторится. А тебе, — посмотрел на Кирилла, — мало показалось? За решеткой понравилось сидеть?
— Я прошу прощения, такого больше не повторится, — смиренно ответил на это Кирилл. — Забирайте девочку и извинитесь перед Элей за меня. — Замарин подошел к Вике и присел на корточки. — Доча, тебе сейчас нужно будет пойти с этим дядей, но позже мы обязательно увидимся, — сказал спокойным голосом.
— Папа, а можно я останусь с тобой? — попросилась Вика.
— Сейчас нет. Но мы обязательно увидимся. Давай одеваться...
— Нет! — возмутилась вдруг Мария. — Она никуда не пойдет! Кирилл, этот потный адвокатишка, по сути, никто для девочки. Что ты делаешь? Опомнись!
— Дорогая, ты на Вику тоже не имеешь права, — напомнил ей адвокат. — Ты же сама отказалась от ребенка. Забыла? А я до сих пор представляю интересы своей клиентки. Или девочка идет со мной, или я звоню в полицию, — произнес он с угрозой.
— Это не имущество! Это мой ребенок! — вскрикнула девушка.
— Маша, успокойся, — обратился к ней Кирилл.
— Иди0Tка, отдай ребенка! — перешел на оскорбления Николай.
Перед тем, как ответить, Мария заслонила собою входную дверь.
— Да, я уж точно иди0Tка, если поверила тебе! Ты хочешь все деньги, да? Двадцать процентов тебе мало? Элеонору хочешь на себе женить? Только через мой труп ты у меня заберешь моего ребенка.
— Да, — протянул адвокат, — ты и в правду полная дyрa.
Следующие действия юриста удивили Кирилла. Мужчина просто взял и ушел, напрочь позабыв о Виктории.
Замарин ничего не мог понять. Маша снова что-то скрывала от него. И уже в который раз... Он принял решение положить этому всему конец.
Едва за Николаем закрылась дверь, как Кирилл потребовал у Маши объяснений ее словам о непонятных процентах и деньгах. Мужчина уже настолько устал от бесконечной лжи своей домработницы, что с трудом держал себя в рамках приличий.
Отправив ребенка в детскую комнату, Кирилл грубо усадил Машу на диван и, стоя перед ней, поставил ультиматум:
— Или ты мне сейчас говоришь все, как есть, ничего не скрывая, или я, знаешь что сделаю... я буду говорить с тобой совсем по-другому. Поняла?
— Хорошо, — спустя несколько секунд, ответила девушка. — Тогда слушай. Мой дед был очень богатым антикваром, жил всю жизнь за границей. И только на старости лет, будучи смертельно больным, вернулся в Россию. Все свое наследство он пожелал завещать своим правнукам. А у нас в роду, кроме Виктории, правнуков для него нет. Соответственно, мне пришлось рассказать правду о дочери, о том, что мне пришлось оставить ее в роддоме по известным причинам, которые ты уже знаешь, и сделать ДНК-тест.
— Подожди, кажется, я начинаю что-то понимать.
— Да. И я ничего не помнила, кроме того, что девушку, которой я отдала Вику, зовут Элеонора. По всей видимости, дед ее нашел, так как завещание он оставил только на правнучку, где указал ее полное имя и остальные данные.
— Понятно. Ага... И что ты тогда предприняла? — Кирилл присел рядом.
— Ну, я начала сотрудничать с Николаем. Он мне в этом помогал.
— То есть ты хотела найти Вику, чтобы получить наследство?
— Совершенно верно. И Николай Низовцев в этом деле был моим компаньоном.
— Постой, так, значит, это вы подкинули мне те фотографии?
— Да. Он нанял актера, похожего на тебя, подгримированного, и подкинул эти фотографии Элеоноре, чтобы вас разлучить. Соответственно, его задача была — женить Элеонору на себе, а моя — выйти за тебя замуж и стать полноправной матерью Вики.
— Эх, Маша, Маша. Даже не знаю, как это все охарактеризовать. Спасибо, тебе, конечно, за правду...
— Это чистая правда, Кирилл.
— А то уж я начал сомневаться в собственном рассудке. Еще проясни мне кое-что, пожалуйста. В ту ночь, когда мы пили глинтвейн, между нами что-то было?
— Нет, — улыбаясь, ответила Мария. — Прости, пожалуйста, не было ничего. Я соврала.
— Маша, а ты вообще понимаешь, что натворила? Ты практически пошла на преступление.
— Да.
— Ладно. А Николай что?..
— А что Николай... У него должна быть доля. Не просто же так он мне помогал. Доля от моего наследства — двадцать процентов.
— Твоего?.. Я надеюсь, ты понимаешь, что после всего сказанного ты просто обязана уйти отсюда? Я тебя больше не хочу видеть.
Кирилл ушел к дочери в комнату. Понять Машу еще можно было, но простить... даже ни малейшего желания не было.
Продолжение...
Даже самый маленький труд достоин человеческого лайка :)