Маргарита была возмущена тем, что Галина так нагло ее обманула. Не колеблясь, пока девушка была у них, она ворвалась в комнату сына.
— Ну что опять случилось, мама? — спросил Дмитрий.
— А то, что именно этот mak используется для приготовления «зелья». Именно выращенное на грядках растение, — пояснила Маргарита.
— И что? — снова задал вопрос сын.
— Как что? — Женщина посмотрела на девушку. — Ведь Галя сказала, что он не годится. Верно, Галя? Вот если бы это был магазинный mak, который упакован производителем, то я бы вам поверила. А так получается, что ты меня обманула. — Маргарита подошла к гостье и медленно взяла с дивана мешок с makom, лежавший рядом.
— Маргарита Егоровна, да что вы ко мне пристали? — возмутилась Галина. Взгляд матери Дмитрия привел ее в полное негодование. — Я же сказала, что знакомая продает его только своим. У мамы моей спросите, если не верите.
— Спрошу. А то, что ваша знакомая продает семена только своим, это еще ничего не значит. В этом «бизнесе» все друг друга знают.
— Не знаю, что вы там себе насчитали, но из него нельзя сделать наркотик.
— Вот именно, что можно, Галенька. Из этого, — подняла перед лицом девушки пакет, — можно, а из магазинного — нельзя.
— Господи, ну, считайте, что это магазинный mak, только не в картонных упаковках, а в пакетах или россыпью.
— Галя, пожалуйста, я прошу тебя, не ври мне, — строго произнесла Маргарита.
— Мама, успокойся! — не выдержал сын, вступаясь за девушку. — Достала уже просто!
— Что значит достала?! У меня папа из-за вас в больнице!
— Да почему из-за нас? — недоумевала Галина.
— Потому что считаю, что это вы накачали его самодельной дурью, — ответила ей хозяйка.
— Мама, что ты несешь?! Ты хоть понимаешь сейчас, что ты говоришь? — Дмитрий решил как-то встрясти мать от явного заблуждения, но женщина уже глубоко поверила в свои догадки.
— А ты вообще молчи, — огрызнулась она. — Связался черт знает с кем...
— Так, знаете что!... — терпению Галины пришел конец. Она выхватила пакет с семенами из руки матери Дмитрия. — Я не собираюсь это выслушивать. Если вы совсем из ума выжили, то я в этом, ну, никак не виновата. — Девушка вышла из комнаты, за ней — Дмитрий, злобно глядя на мать.
Маргариту трясло от гнева. Ко всему прочему добавилось и то, что девчонка смела говорить с ней в таком тоне.
Женщина не сомневалась, что приступ у отца вызвали эти эксперименты с наркотиками, и, конечно же, она, Галина, была главной заводилой, а ее сын всего лишь повелся на уговоры.
***
Конечно, Маргарита была очень расстроена случившемся и даже спустя час у нее не получилось успокоиться. Она ходила по дому и не находила себе места.
Сын долго не возвращался и оставил свой телефон дома, а Галина не брала трубку. Женщина уже начала волноваться, как вдруг Дмитрий вернулся домой.
Мать вышла его встречать.
— Довольна, мама? Галя меня бросила. Мы поругались с ней из-за тебя. — Юноша снял ветровку и со злостью бросил ее в угол. — Молодец! Устроила эту истерику без доказательств да еще в такой грубой форме.
— Дима, Димочка, твоя Галя — очень опасный человек, — ответила ему Маргарита. — От нее надо держаться подальше.
— Мама, ты понимаешь, что я люблю ее?
— Да, я понимаю, но не это сейчас важно. Сейчас тебе нужно сказать правду. Сначала — мне, потом — в полиции. Так для тебя же будет лучше, иначе можешь пойти как соучастник, понимаешь? А я обещаю тебе, что пойму тебя и ни в чем никогда не упрекну.
Дмитрий стоял и удивлялся, глядя на мать. Что так сильно и в один раз могло ее изменить? Страх?
— Завтра с утра идем к следователю, — добавила Маргарита и, успокоившись, прошла на кухню. — Есть будешь?
— Мама, к какому следователю? Какую правду я тебе должен сказать? — не понимая, что он него хотят, спросил сын. — Ты понимаешь, что Галя не наркоманка? Она спортсменка.
Дмитрий рассказал, что на соревнованиях Галину регулярно проверяют на допинг. В ответ на это Маргарита предположила, что девушка не употребляет, а торгует наркотиками.
— Хорошо, допустим, Галя дилер, а я ее сообщник. Мы сварили наркоту из maka? — Дмитрий набрался терпения и стал логически подходить к проблеме. — Далее, допустим, нам сначала нужно проверить полученное «зелье» и я решаю сделать это на дедушке. Как ты себе это видишь, мама? За кого ты меня принимаешь? За морального урода? За подонка, у которого нет сердца? Как ты вообще можешь так обо мне думать?
Резонно сказал. Мать растерялась. Она не смогла ответить Дмитрию на поставленные вопросы. Ей вдруг показалось, что у нее и в самом деле голова не на месте. Подозревать собственного сына в том, что он мог травить наркотиками родного дедушку — нет, что-то здесь было не то.
***
Поздним вечером Маргарите позвонила Евгения Романовна, мать Галины, и подтвердила слова дочери. Киселевой было очень стыдно. Она извинилась перед Евгенией Романовной, самой Галиной и перед сыном, а на следующее утро отправилась к следователю узнать, как продвигается расследование. Уж очень неспокойно Маргарита себя чувствовала в неведении.
— Мы опросили соседей вашего отца, — начала Надежда Дмитриевна, — и одна из них, Носова Елена Семеновна, утверждает, что слышала, как после ухода вашего сына ваш отец ругался со своей женой.
— Как ругался? — удивилась Маргарита.
— Из квартиры доносился разговор на повышенных тонах, крик, — пояснила следователь.
— Да этого не может быть. Анжела уехала в командировку за день до того, как с папой случилось несчастье.
— А вот соседка утверждает, что это был ее голос, и она не могла это перепутать.
Маргарите трудно было поверить, что Анжела могла быть причастна к тому, что произошло с Егором Сергеевичем. Она же была в командировке. И потом, насколько она знала, отец никогда не ругался с женой.
— Нет, Надежда Дмитриевна, это невозможно. Анжела в прошлую пятницу уехала заграницу, ее не могла быть дома, — подтвердила свою уверенность в словах Маргарита.
— Хорошо. Значит, это был кто-то другой. Но кто? Голос кого из знакомых вашего отца соседи могли перепутать с голосом Анжелы?
— Не знаю. Может быть, Елена Семеновна просто ошиблась. Может быть, голоса из другой квартиры звучали.
— Нет, Маргарита Егоровна, соседка утверждает, что голос звучал именно из квартиры вашего отца.
— Я не...
— Маргарита Егоровна, скажите, а у вас с папой были доверительные отношения? — задала вдруг вопрос следователь.
— Да, мы очень близки. Это-то и странно. Просто если бы у него были какие-то проблемы с Анжелой или еще с кем-то, я бы обязательно об этом знала.
Давайте, сделаем так, — после недолгой паузы сказала Надежда Дмитриевна, — мы не будем торопиться, и как только я что-нибудь узнаю, то обязательно сообщу вам.
Маргарите очень хотелось думать, что соседка все же ошиблась. Она надеялась, что всему этому найдется какое-то простое объяснение, а еще лучше — чтобы папа наконец пришел в себя и сам все рассказал. Дочь молилась об этом каждую секунду.
***
Закончив разговор со следователем, Маргарита отправилась на работу. По дороге она позвонила соседке отца Елене Семеновне, которая, по словам старшего лейтенанта, слышала, как Егор Сергеевич ссорился со своей женой.
— Елена Семеновна, мне следователь рассказала о ваших показаниях... Я вот хотела уточнить: вы уверены в том, что это был действительно Анжела? — задала тревоживший ее вопрос Киселева.
Соседка рассказала, что в последнее время супруги часто громко ссорились, поэтому она хорошо запомнила голос Анжелы. В нем всегда узнавалось характерное, чуть заметное хрипение, особенно, когда женщине приходилось повышать голос.
Вот так вот. А ведь Маргарита была уверена, что отец и мачеха, если можно было так назвать Анжелу, всегда жили душа в душу. Егор Сергеевич всегда с таким уважением отзывался о ней. Да и как такое могло быть, что Анжела вдруг оказалась в городе? Тогда где она сейчас? Рите казалось, что она спит, и ей снится дурной и непонятный сон.
***
Днем Маргарите позвонила следователь и попросила срочно прийти в отделение. Отпроситься с работы оказалось непросто — подмениться было не кем. Но ради такого случая сам начальник сел на место оператора котельной, где работала женщина.
Тем не менее Надежда Дмитриевна дождалась Киселёву и сообщила ей, что им удалось установить следующее:
— Ваша мачеха, Анжела Томилина, ни в какую командировку не уезжала. Ее просто-напросто никто туда не посылал.
— Подождите. Как не посылал? А где же она тогда? — спросила Маргарита.
— Не было никакой командировки, понимаете? Она получила положенные себе отгулы и исчезла.
— Куда исчезла?
— Пока не знаю. Мы также установили, что границу Анжела Викторовна пока не пересекала, а значит, она находится в России, возможно, где-то в городе.
— В нашем городе?
— Скажите, возможно такое, что у нее есть любовник? Вы допускаете это?
— Нет, — твердо ответила Маргарита, хотя сама уже начала сомневаться.
— Ну, женщина она видная, импозантная, молодая, как видно по фотографиям, которые мы взяли в доме Егора Сергеевича. Могу сказать, что мужчинам такие нравятся.
— Подождите, Надежда Дмитриевна, вы о чем говорите? Какие мужчины? Какой любовник? У них с папой всегда были искренние и теплые отношения. — Маргарита возмутилась.
— А может, вы просто не знали, что в семье отца уже возникли проблемы? Или знали? — прямо спросила следователь.
— Нет, я не знала. Клянусь вам, — растерянно замотала головой Киселёва.