Наутро Егор попросил мать никуда не уходить, а сам взял Колю за компанию и отправился за отцом в гаражный кооператив. План сына состоял в том, чтобы поговорить с обоими родителями одновременно.
Федор желал помириться с супругой и вернуться в дом, чего нельзя было сказать об Ольге. Она хотела одного — развода. Уперлась, черт бы ее побрал, такую женщину...
Отца уговаривать даже не пришлось, и уже через полчаса мужчины стояли на пороге квартиры. Однако не предупрежденная заранее Ольга такой жест сына не поняла.
— Как это понимать, Егор? Ты зачем притащил сюда этого мерзавца? — предъявила она ему.
— Мама, прошу тебя, давайте, сядем и обо всем поговорим, как взрослые люди, — принялся успокаивать Ольгу Егор. — Дело в том, что мне есть что сказать вам обоим.
Только ради сына мать согласилась принять участие в разговоре. Все трое расположились в гостиной комнате.
— А где Коля? — спросила Ольга.
— Они с Александром Захаровым во дворе гуляют, — ответил сын.
Егор начал с аудиозаписи разговора с дядей Толей. Родители внимательно выслушали часть диалога дяди с племянником.
— Вот, значит, куда ты вчера ездил, — с упреком в первую очередь отреагировала мать.
— Да, мама. И все ради того, чтобы разобраться.
— Да мало ли что он там несет. Ишь что! Как он захочет, так и будет, — передразнив, повторила она слова деверя. — Мне хватило письма от его матери.
— Да при чем здесь мать? — не выдержал Федор. — Вообще бред какой-то несет... Не стоял я перед ним на коленях. А ездил к нему тогда, чтобы морду набить за это письмо, за то, что написал и подбросил его тебе, — обратился к жене.
— Да не мог он этого написать, — возмутилась Ольга. — Там с умом написано и определенной женской злостью. А твой Толя, кроме как «жив-здоров, чего и вам желаю», написать ничего не может.
— Ну так давай разбираться тогда, — предложил муж.
— Давай.
— Отлично! — обрадовался Егор. Первая маленькая победа была уже в кармане — родители вышли на диалог для выяснения правды. — Папа, мама, вы оба не правы. Это злосчастное письмо, из-за которого вы чуть не развелись, написала не бабушка и не дядя Толя.
— А кто? — проявила любопытство мать.
— Его написала Мария Стихина, — ответил Егор.
В подтверждении своих слов он вновь продемонстрировал аудиозапись разговора с Анатолием.
— Ну, и что, Федор Максимович, после этого твои клятвы стоят? — обратилась к мужу Ольга, когда услышала, как Анатолий рассказал про Романа, который остался брошенным всеми, кроме родной бабушки, матери Марии. — Ты же мне всеми святыми божился, что Роман не твой сын. Значит, не зря я все эти годы тебя подозревала.
— Оля, я и сейчас повторю тебе то же самое, — ответил на это Федор.
— Егор, как можно с этим человеком разговаривать, а? Ему говорят черное, а он — белое! — Ольга вновь испытала раздражение к мужу.
— Да не мог быть Рома моим сыном, не мог. И не был он им.
— Так почему тогда Мария об этом объявила? — резонно заметила Ольга.
— Мама, ты моя умничка!... — Егор продолжал радоваться тому, что мысли человека, от которого зависела судьба их семьи, идут в правильном направлении.
— Егор, ну, в самом деле, почему? — догадываясь, что сын знает ответ, спросила мать.
— Знаете, кого я встретил вчера на вокзале в Тагиле? И считаю, что мне очень повезло. Оксану Стихину, родную сестру Марии. Я и наш с ней разговор записал. Вот, послушайте, — сын выбрал на дисплее диктофона нужный файл и нажал на кнопку воспроизведения:
— ...Надеюсь, вы меня понимаете. Мне необходимо во всем разобраться, Все равно все выяснится. Разница лишь в том, что может быть уже слишком поздно. Пока экспертизу проведут... а для этого нужно будет эксгумировать тело Романа, вашего племянника.
— Да, я знаю, кто биологический отец Романа. Думаю, сейчас Маше уже нет смысла скрывать это... — Егор, это не твой отец, совершенно точно...
После того, как Ольга услышала о том, что Мария в свое время закрутила роман с бандитом Колосовым, что Федор, узнав об этом, терпеть не стал, и самое главное, Стихина «залетела» от Юрия, то сразу покраснела. Возможно стыдно стало перед мужем...
— Вот ведь как... Всю жизнь нам отравила! — выразила она свои эмоции.
— Ну, хорошо, — присоединился к жене Федор, — ну, мстила она на первых порах, но не всю ведь жизнь мстить-то.
— Папа, Мария не собиралась мстить вам всю жизнь. Она вышла замуж за Колосова, и они уехали в Челябинск. Это было связано с работой фирмы Колосова. Затем, когда они поругались и разошлись, Маша вернулась, но ты уже не хотел связывать с ней свою жизнь. Так?
— Верно, — подтвердил слова сына отец.
— А дальше, папа, происходит то, чего, возможно, ты не знал: Мария идет к Валентине Матвеевне, твоей матери, и говорит ей, что Роман у нее от тебя.
— Вот паразитка! На мать мою хотела нажать, чтобы та меня вразумила! — воскликнул отец. Но почему же мама не сказала мне ничего?
— Бабушка наша мудрой оказалась. По-видимому, она не поверила Марии. Мало ли, где девка могла еще нагулять. Ведь не на глазах же была все это время, а уезжала далеко с другим мужчиной... — логично ответил Егор. — Сын Марии был не нужен, и она оставила его у своей матери в возрасте трех лет. А сама позже вышла замуж за другого. Поэтому и папу она давно к этому времени забыла и мстить уже не могла.
— Хорошо, забыла. Через сколько лет? — не поняла мать. — Ведь письмо она написала перед самым твоим рождением, почти двадцать лет назад. Да ты и сам читал его вчера. Видел ведь, о чем оно?
— Разругалась тогда со мной из-за этого чертового письма в пух и прах... — обиженно припомнил Федор.
— Мам, — Егор сделал паузу. Дождался, когда Ольга посмотрит на него, и продолжил: — Давайте уже миритесь. Все ведь ясно стало.
— Ну, ты, сынок, даешь! — похвалил его отец. — Такой клубок распутал...
— Нет, — громно сказала вдруг Ольга.
— Что опять нет, мама?
— Потому что я не хочу жить с человеком, который готов выбросить ребенка на улицу, лишь бы ему не мешали жить, — обосновала мать. Затем вновь посмотрела на мужа: — Это ведь мог на самом деле быть твой внук.
— Да что ты городишь вечно, ей-богу, а? — в сотый раз возмутился Федор. — Ведь это из-за тебя, из-за твоей реакции я готов был отвезти Кольку в детский дом, — сказал Федор. — Чего смотришь? Ты же сама двадцать пять лет назад сказала мне, мол, если только я узнаю, что ты имеешь какое-то отношение к ребенку Маши, мы с тобой расстанемся навсегда. Боялся тебя потерять, поэтому и хотел побыстрее вернуть привычную жизнь.
— Не ври. Анатолий меня предупреждал, что ты можешь выкрутиться.
— Мама, ты до сих пор веришь этому алкоголику?
— Алкоголик-то он алкоголик, да мозги у него в порядке. Вот что он мне сказал, когда уходил два дня назад после того, как Колю привез:
Анатолий вышел из туалета и, увидев проходящую мимо Ольгу, взял ее за руку и остановил.
— Постой-ка, — сказал шепотом.
— Руки помой сначала! — одернула его руку женщина.
— Оля, ну, ты чего, как пыльным мешком ударенная? Да не дрейфь ты. Увезет Федя твой мальца в сиротский приют, и будете дальше жить... припеваючи.
— Никто его никуда не отвезет.
— Ой, да ладно! А то я своего братца не знаю! Еще первый петух не успеет прокукарекать, как он трижды отречется.
— Богослов ты наш недоделанный, иди уже, на электричку опоздаешь.
— Оля, на посошок нальешь?...
— За что меня Бог таким братом наказал, а?! — вопросил Федор, выслушав жену.
— Ой, не кивай на Бога, Федя. Сам хорош!
— Мама, папа, если вы до сих пор не поняли, дядя Толя всех нас ненавидит. И делает это скрытно и хладнокровно. Про таких говорят: горбатого только могила исправит. То есть вряд ли он исправится. Егор включил последнюю аудиозапись, на которой Оксана рассказала, как познакомились Мария и Федор:
— Тебе, Егор, наверное, никто не рассказывал историю, как Маша познакомилась с Федором?
— Нет, дядька немного рассказал о них и все.
— А потому что он же их и познакомил... на свою беду. Потому что Маша сразу запала на Федора, и у них роман понесся. Анатолия побоку пустили, и он назло им начал ухаживать за Ольгой. Потом у Маши с Федором происходит разрыв, при чем Толя здесь же и постарался: сказал брату, что у Марии на стороне шашни.
— Вот это да!
— Это еще не все. И вдруг Ольга влюбляется в Федора, и тот ей отвечает взаимностью. — Оксана рассмеялась. — Толю опять побоку... Он, бедный, потянулся к Маше, но та его отшила. Вот тогда-то он и возненавидел всех. Всю жизнь помнит.
— Вот, значит, в чем дело.
— Да, обиду он эту запомнил и, вроде как, забылось все. Однако когда ему принесли газету со статьей о Колосове...
— Где дядя Толя читает, что Роман — не сын Колосова.
— Совершенно верно. И Анатолий решает воспользоваться этим шансом. Тем более что Роман с супругой угорели. Он берет Колю и везет его к вам.
— А почему к вам не привез?
— Да какой резон ему ребенка ко мне везти? Ему скандал нужен был. Вы, Егор, если что, имейте в виду меня — Колю в детский дом не отдавайте, я усыновлю мальчика.
— А я еще тогда понять не мог, откуда ты Анатолия знаешь, — обратился к жене Горенов. — И ты всю жизнь молчала. Вот у кого тайн — полный шкаф!
— Ну, мы немного гуляли... — призналась Ольга. Отпираться было бессмысленно.
— А дядя Толя молчал о своем увлечении, потому что не хотел тебе, папа, давать лишний раз повод чувствовать свое превосходство над ним, — пояснил Егор.
— Ерунду не говори, сынок. Больно бурные у тебя фантазии, я смотрю. Нет, ты молодец, конечно — накопал столько правды, но все равно...
— Давайте с этим после разберемся, кто кого превосходил, — перебила мужа Ольга. — Ты мне еще вот что скажи, сынок: Колосов, являясь отцом Романа и зная об этом... получается, он прилюдно в своей статье отрекся от сына?
— Мама, он политик, депутат Областной думы. Он заинтересован в чистой биографии. Роман вел непристойную, грязную жизнь, согласись? И потом, знаете, что мне сказала на этот счет Оксана?... В записи у меня, к сожалению, этого нет, но я отлично помню:
— Роман никогда Колосову не был нужен. Он такими делами занимался, что в любой момент пришить могли. Думаю, именно поэтому Маша запустила слух через Анатолия и его маму, что Рома не его ребенок...
— Кстати, Оксана предлагает забрать Колю себе, имейте это в виду, — добавил к сказанному Егор. — Жалко ей мальчика.
— Не отдам Колю, — тут же воспротивилась Ольга. — Вот судиться буду, но не отдам.
— Оля, ты не понимаешь, что ли... Будет крайне трудно усыновить его, — сказал Федор.
— Правильно, папа, — согласился с ним Егор, — проще, когда заявление на усыновление подает семейная пара. Меньше вопросов от органов опеки.
Намек сына для обоих родителей стал понятен.
— А я что? Я замужняя женщина... Вот у меня муж, — положила руку на плечо Федора. — Тебя мы уже вырастили, можно сказать. Будет еще один сын.
— Оля, ты серьезно? — заулыбался Федор.
— Да, Федя, более чем. Уперлась, как баран... Сижу сейчас и думаю: ведь я люблю тебя.
Супруги обнялись, и это стало настоящей наградой для взрослого сына.
— Кстати, вы помните, что у вас сегодня Серебряный юбилей? — напомнил Егор.
— Точно! — Ольга стукнула себя ладошкой по лбу.
Сын достал смартфон и набрал номер друга:
— Все готово?... — спросил он в трубку. — Заходите, дверь не заперта.
Через несколько секунд в гостиную вошли Александр и Николай. Захаров держал в руках огромный букет цветов, а мальчик — пучок разноцветных лент, к каждой из которой был привязан воздушный шарик.
— Коленька! Мальчик мой! — радостная Ольга бросилась к пареньку и взяла его на руки.
За супругой поднялся и Федор. Он подошел к Александру и приветливо пожал ему руку.
— Ой, спасибо вам, мальчики мои! — из глаз счастливой женщины лились слезы счастья.
Егор подошел к родителям и обнял их, затем повернулся к другу и подмигнул ему в знак благодарности за поддержку.
— Ну, вы и мастера! Все предусмотрели! — похвалил юношей Федор Максимович.
Эпилог
Семья Гореновых обратилась в органы опеки с заявлением на усыновление Коли. Сейчас все идет к тому, что дело благополучно завершится. А пока все четверо уехали в Кисловодск поправить пошатнувшееся от нервов здоровье.
Оксана не стала бороться за внучатого племянника а, наоборот, полностью поддержала хорошую инициативу Гореновых. Более того, женщина поделилась с Егором и своей радостной новостью — скоро и у них с мужем будет малыш.