- Ничего не понимаю! Звонила Жанна, кто-то внёс на счёт нашей дочери в клинику крупную сумму, которая не только покрывает операцию, но и реабилитационный период, за нею последующий... Я ведь собрал только половину, - Вячеслав сел в недоумении рядом с Мирой.
- Слава Богу! Мир не без добрых людей! Кто же наш благодетель?
- Не знаю, этот человек пожелал остаться неизвестным.
Мира догадывалась, кто это может быть, но точной уверенности у неё не было, за последние недели она где только не побывала, в каких кабинетах только не плакала, но это всё лучше сохранить в тайне. Она до сих пор не знала, простит ли ей Богданов такое самоволие? Ко всему прочему он ещё и гордый человек.
- Я должен знать!
- Зачем? Если этот меценат не сообщил своё имя, то только для того, чтобы не обременять тебя благодарностью и возвращением этой суммы. Есть люди, для которых твоё имя многое значит!
Вячеслав настороженно вгляделся в её глаза.
- Ты что-то знаешь, Мира?
- Нет. Откуда? Я в этом городе - новичок. Кроме тех, с кем ты сотрудничаешь, я не знакома, - Мира почувствовала, как краснеет, к счастью, тональный крем мог это скрыть.
- Может, ребята скинулись? Даже не представляю...
- Самое главное ты не сказал, когда операция?
- Завтра с утра, её уже подготавливают, донор стволовых клеток найден, теперь остаётся только молиться, чтобы всё прошло как надо!
- Вот и прекрасно, пойдём в церковь!
- Я и сам хотел тебя об этом попросить.
В храм войти некрещёному нелегко. Ноги подкашиваются и не знаешь, что делать, как себя вести. Здесь не спасёт головной убор, мужчины стоят с непокрытою головою.
Шёпот во время службы не прекращался, множество глаз жадно ловили каждый его вздох и взгляд, кажется, даже верующих прибавилось к концу богослужения.
По своей привычке, Вячеслав закрывал глаза, чтобы как-то абстрагироваться от ситуации и сосредоточиться. Как же хотелось ему стать невидимкой! Прозрачным, как в начале песни "Шар цвета хаки", чтобы никто не ощущал его присутствия, но увы... Душа искала единения с Богом и не находила.
Кто ничего не замечал, так это Мира. На глазах у неё сияли слёзы благодарности. Причастна она или нет к случившемуся, теперь неважно. Только бы всё прошло успешно и Аллочка жила! Ребёнок её любимого, его кровь и плоть, разве можно не любить эту девочку? При встрече, она обязательно скажет ей об этом, даст почувствовать, что она всегда желанна у них... Волнение накатывало при одной мысли об этом. А вдруг, Алла увидит в ней разлучницу, обвинит в том, что родители расстались, возненавидит, как жить тогда?.. Нет! Этого не будет, не должно быть, ведь расстались они задолго до появления Миры, или нет? Что было тогда, когда он уехал к семье и не звонил? Что было теперь, когда болезнь дочери вновь их объединила?..
"Мне нельзя, я не должна думать об этом, что бы ни было, как бы ни было, он возвращается ко мне, и пока это так - всё остальное не имеет значения. Боже, прости меня, прости за ревность. Ты знаешь, я борюсь с собой. Никогда я не спрошу его ни о чём, никогда не упрекну. Только позволь быть рядом с любимым! Господи, помоги ему обрести Тебя! Позволь Вячеславу приобщиться Святых Тайн Твоих, укажи ему путь ко спасению, направи на пути Твоя... Пусть наполнится сердце его верой, пусть укрепится в надежде, пусть любовь даст ему силы жить!" - слёзы капали, но губы улыбались, что-то беззвучно шепча.
Вячеслав не мог оторвать взгляда от этого одухотворённого лица. Глаза её не отрывались от Образа Спасителя, словно Он стоял перед Мирой живой. Что это: религиозная экзальтация или вправду что-то такое есть, пока ещё недоступное ему, неведомое...
- Он не умел молиться, не знал, как правильно это делать. Обратившись мысленно к Богу, просил и повторял как заклинание: "Спаси мою дочь, больше ни о чём не прошу! Я сдержу своё обещание, только спаси Аллочку! Я научусь молиться, буду возносить Тебе славу, только спаси и сохрани мою дочь!.."
Звонка ждали в тишине. Вячеслав много курил, есть не мог, ходил из угла в угол. Когда в телефоне заиграла мелодия, подскочили оба.
- Да! Да, говори!
Мира прислушивалась к каждому его слову. Выдох облегчения, морщинки на лбу разгладились. Слава Богу!
- Будем надеяться! Звони чаще! Я хочу поговорить с дочкой, как только ей станет лучше! Не плачь, Жанна! Самое страшное позади. Верь! Всё будет хорошо.
Он отключил телефон и крепко обнял Миру.
- Я уже говорил тебе сегодня?
- О чём?
- Что люблю тебя?!
- Нет.
- Я люблю тебя, Мира! - он зарылся лицом в её волосах. - Мирушка, родная моя! Вместе мы всё выдержим, веришь?
- Да. Операция прошла удачно?
- Теперь нужно ждать реакции, если организм примет донорские клетки, болезнь должна отступить.
- Вот видишь! Наша девочка будет жить!..
Слово "наша" согрело ему сердце. Как не любить её после этого?!
Продолжение