— А вы сами видели её? Эту несчастную девочку на экране?
— Разумеется! Такого уровня рекламу согласовывают лично со мной.
— И как она вам? Понравилась?
— Девочка? Симпатичная, а что?
— Нет, не девочка, а реклама?
— Начинаю понимать, куда вы клоните… Образ немного дерзкий, конечно, но он отлично ложится в современные тренды, вы просто немного отстали от модной индустрии, дорогая Женя. Или она убежала от вас вперёд, — Карл приглашающе улыбнулся, предполагая ответную реакцию на шутку, но Женька молчала. — Так это всё? Вам не понравилась реклама и мы теперь плохие? Немного по-детски, не находите?
— Только самые страшные чудовища не могут видеть, насколько они ужасны. Всё вокруг лучше и чище, чем они сами. Нам не о чем разговаривать, — Женька поднялась, и Князь тут же встал за её спиной.
— То есть вы наотрез отказываетесь по-хорошему? Очень жаль, — выдохнул Карл Балтфильд, не скрывая искреннего огорчения, — тогда придётся по-плохому.
Один из мужских портретов по правую руку Карла потемнел, затянулся дымкой, и Женька даже боковым зрением опознала помертвевшее лицо своей наставницы.
Любовные песни орков (начало, назад)
Сухарь сделал неуловимое движение кистью и костяным клинком, но тот рухнул прямо на стол, не долетев и половины пути до сердца хозяина башни. Тарас тоже кинулся к преспокойно сидящему седому мужчине, но капрал обхватил его сзади, приставив к горлу короткое лезвие.
Зоя Дмитриевна через силу просипела что-то неразборчивое, вытягивая открытую ладонь навстречу оркам, и Варвара истошно заорала, зажав уши ладонями. Князь подхватил обессилевшую Женьки под мышки, но и сам рухнул на колени, увлекая девушку за собой.
Карл Балтфильд встал, с достоинством обошёл стол и остановился над Женькой, а Сухарь весь окаменел, как статуя, с момента броска, и в ярости лишь вращал зрачками.
— Как видите, у меня есть союзники среди орков, — кивок в сторону позолоченной рамы, — и вы не можете полноценно защитить себя. Ваша маленькая компания недостаточна сильна против моей дорогой Зои Дмитриевны. Я мог бы уничтожить вас на месте, но у меня другие планы. Как я уже озвучивал, мы можем быть друг другу полезны, так что для начала вы займёте предназначенные для вас комнаты, отдохнёте, обсудите всё, а потом мы снова вернёмся к теме сотрудничества. Я готов очень щедро платить за магию, даже предоставить вам определённую свободу — не сразу, конечно, а когда начну доверять вам. Сейчас Джек проводит вас, а я вынужден откланяться. Время позднее, а вставать приходится рано — всё дела, дела.
История с чёртовой удачей и домовыми: "Алиса и её Тень"
Позади Карла разъехались две панели, Джек легонько подтолкнул Тараса и махнул рукой остальным, мол, прошу туда. Узкий лаз привёл к крохотной винтовой лестнице, и оглушённые Зоей Дмитриевной орки покорно переставляли ноги по ступеням, чтобы оказаться внутри необычного по конструкции помещения, отделённого от основного здания толстенными стенами — этакий встроенный гигантский сейф размером с небольшой дом. Люк под ними закрылся автоматически, и на полную мощность включилась независимая система вентиляции.
Воздух здесь пах лекарствами и чем-то сладким, и Женька расширила ноздри от дикого напряжения — незнакомые ароматы вызывали необъяснимую панику, хотя она никогда раньше с такими не сталкивалась. Теперь она точно определила, что находится внутри того самого куба, ради которого они и проникли в башню, но в остальном её органы чувств отказались бессильны под натиском мощной магии наставницы. Всё вокруг плыло и плавилось, как при лихорадке.
Джек провёл рукой по стене и перед ними разъехались ещё одна дверь, открывая оббитую чем-то мягким комнату с узкими койками, ровно по числу посетителей-орков. Те дружно зашли внутрь и двери бесшумно сомкнулись, оставив сбоку небольшое окошко с дырками — для наблюдения за пленниками и общения, если вдруг придёт такая охота.
Тарас, зажатый в тиски Джеком, вопросительно захрипел:
— А я? Там же только четыре кровати.
— Хочешь к ним? Забавно, но ты, Тарас, им мордой не вышел. Впрочем, не переживай, и для тебя местечко найдётся.
По соседству обнаружилась ещё одна клетка, и одинокого зомбеца капрал впихнул туда, особенно не церемонясь. Тарас приник к дырявому стеклу и закричал:
— Женя-я-я! Я ту-у-ут! Ря-я-ядом! Как ты та-а-ам?
В ответ прилетел сдавленный ответ:
— Жить бу-у-удем…
Женька уселась на покрывало, подобрала ноги и обняла колени, уныло сообщая стоящему у изголовья Князю:
— Знаешь, что мне больше всего обидно? Что нас предала именно она. Что Джек — ни капли не удивительно, это же зомбец. Вообще подозрительно было, что он так лебезил перед нами, якобы старался, выискивал лазейки… Но она? Не понимаю…
продолжение...