Её влажные после душа волосы цеплялись за торчащие лохмотья обоев, пока молодое женское тело безжизненно складывалось и сползало к плинтусу. Тома заткнула себе рот обеими руками, чтобы не заорать, а Катька мучительно застонала и вжалась в бетон лопатками. Никита же спокойно сел на корточки и приставил два пальца к вывернутой набок шее. Пульса не было.
— Она… жива? — выдавила Тома.
— Нет, — парень выпрямился и строго прикрикнул на девушек, — эй, заходите внутрь, а то вас заметят. Соседи же не глухие и слепые.
— Что ты с ней сделал? — Тома поколебалась и юркнула в квартиру, но заставить себя перешагнуть через Иркино тело не смогла и осталась торчать у вешалки, загораживая проход.
— Освободил от сущности из Тени. Немного радикально получилось.
Он удивлённо оглянулся на застрявшую в проёме Тому, но Катька поторопилась зайти за подругой и максимально нежно прикрыть дверь.
— Радикально? Да она не дышит! — зловеще шептала Тома, косясь в сторону кухни, где оставались родители одноклассницы.
— Увы. Такое случается, если сущность отказывается делать всё по-хорошему.
— И что теперь? Как вернуть Иру? Или мы просто скажем «упс» и на этом всё?!
— Никак, — он серьёзно и виновато потёр переносицу, — если сущность не хочет покидать тело, она фактически его разрушает.
— То есть Ирка… всё?
— Мне правда жаль.
— А её родители? Им ты что скажешь?! Тоже про жалость речь задвинешь?
Тома осторожно сунулась за угол, не веря в воцарившуюся на кухне звенящую тишину.
— Думаю, они спят. У нас максимум час.
Никита угадал — Молчановы безвольно уронили головы на обеденный стол и сладко спали, будто кто-то их внезапно выключил.
Не дружи с этой девочкой (начало, назад)
— Заснули? — недоверчиво зашипела Тома. — Только что же разговаривали! Пять минут назад!
— Они потеряли хозяина. Пройдёт попозже, проблем вообще не в них. Отоспятся и не вспомнят, что тут творилось.
— Не вспомнят, что Ирка возвращалась? — Катька выглянула следом за Томой.
— Скорее то, как её захватили, но морок постепенно рассеется. Им будет казаться, что приснился кошмар.
— А почему на меня не подействовало? — Тома наклонилась и прислушалась к ровному сердцебиению спящей на стуле женщины. Мужчина выглядел более беспокойно, но на изгиб локтя по подбородку тоже стекала тонкая струйка.
— Ты видела, как она вышла из Тени, на тебя и не должно действовать. Таких они стараются взять в союзники или извести, опасаясь разоблачения.
— То есть Тому могли прибить? — взвилась Катька.
— Не могли. Тома приручила носителя, когда была в Тени. Помнишь, та ещё руку обнюхивала из круга? Это помогает железно.
— Но риск был?
История с чёртовой удачей и домовыми: "Алиса и её Тень"
— Нет. Рисковала только она, — Никита мотнул плечом назад, в прихожую.
— То есть вы вдвоём поигрались в волшебников и между прочим обрекли Ирку на вот это? — Тома указала на торчащую в конце коридора ступню без тапка и кончик мизинца со следами обкусанного лака на ногте.
— Мы не игрались, — посуровел Никита, — это трагическая случайность. Я хотел показать Кате, как отвадить приставучую одноклассницу и поставить блок на себя, а получилось… что Катя с первого же раза вышвырнула обидчика в Тень. Не рассчитала силы, но кто же знал, что Катя настолько одарена? — в его глазах мелькнуло истинное благоговение.
Катька всхлипнула, а Никита провёл ладонью по щеке своей девушки и добавил уже мягче:
— Ты не виновата, запомнила? Ни в чём не виновата.
Катька смешно закивала и выдавила жалкую улыбку, но Тому это не устроило:
— Супер! Счастлива, что у вас тут наметилась идиллия, но у нас на повестке тело. И мы всё ещё торчим на месте преступления. Как думаете, полиция тоже войдёт в положение, поймёт и простит? И мне не нравилась Ирка, кстати, но это… явный перебор!
— Мыслишь здраво, за что и ценю, — одобрительно хмыкнул Никита, — лирику прочь, займёмся самым срочным делом.
— Каким? — Катька обиженно встряла. Получать от Томы прямые обвинения в таких страшных вещах было непривычно и она по-детски надулась.
— Уберём улики.
— Да все в курсе, что я дважды здесь ночевала! — Тома развела руками.
— Ты, — печально возразил Никита, — но не Катя.