— И когда это ты так поумнела? — Джек скривился.
— Мозговой концентрат, — Женька провела двумя пальцами от своего виска к виску Князя, — в два раза лучше думается…
— Спешу тебя огорчить или обрадовать, но я учитываю эти риски. Я не так наивен, как некоторые.
— Есть запасной план отхода? Но что, если что-то пойдёт не так?
— До сих пор осечек не было, — осклабился Джек.
— Тогда вот тебе первая, — Женька приложила палец к губам Князя, с озорством подмигнула своему стражу и мягко выпуталась из объятий, возвращаясь к перегородке напротив Джека.
— Что? Ты заболтаешь меня до нервных колик?
— Нет, — Женька очень глубоко вздохнула, задержала дыхание и начала замедлять биение своего сердца.
— Эй, ты что делаешь? — Джек прижался к стеклу.
Женька серела на глазах, а потом пошатнулась и ничком повалилась на пол, проехавшись лбом по стене.
— Ну и что вы смотрите? — заорал Джек. — Варвара, ты же врач! Лечи её!
Знахарка стремглав ринулась к Женьке, оттолкнув даже Князя, и принялась водить ладонями по её груди, а потом выругалась и левой рукой подтянула сумку, на ощупь доставая нужные ей склянки и вливая Женьке в рот одну за другой.
Любовные песни орков (начало, назад)
Князь сполз по стене рядом с Женькой и потянулся, чтобы коснуться её локтя, но потерял сознание, а Сухарь присел на корточки и как заворожённый следил за пассами знахарки, пытаясь уловить, чем помочь. Никто из них не обращал внимания на Джека, с ужасом наблюдающего, как его подопечная готовится отойти в мир иной, а он сам ровно ничегошеньки не делает для её спасения.
Джек взвыл. Он не мог допустить потери, но и рисковать не мог. Женька уже не дёргала пальцами, а просто лежала на полу, неестественно закатив глаза.
— Хорошо, — выдавил Джек сквозь зубы и достал пистолет, — лицом к стене, руки над головой.
Он открыл дверь, наставляя оружие на всех троих по очереди, не считая безжизненной Женьки, и наклонился к ней проверить пульс. Биение не чувствовалось. Никакое.
— Берите её за ноги и за руки и тащите наверх.
Сухарь, будто не понимая сказанное, поднял на Джека обезумевшие глаза, даже не различая пушку у себя перед носом, а потом подхватил Женьку на руки, как пушинку, и выпрямился.
— Куда? Показывай!
Джек махнул оружием и указал на лестницу в конце коридора, снова запер двери за здоровяком и Сухарь понёсся вперёд, заставив Джека бежать следом.
История с чёртовой удачей и домовыми: "Алиса и её Тень"
— Открывай! — рявкнул Сухарь и Джек с размаху впечатал ладонь в аппарат, считывающий отпечатки.
Шлюз натужно заворчал и открыл круглой ход, и Сухарь, пригнувшись, юркнул внутрь, чтобы протиснуться к люку с другой стороны.
Второй этаж отличался от первого — здесь повсюду были коконы размером с человека, только с кучей проводов, опутывающих нижнюю часть загадочного яйца.
Джек прижал руку к ближайшему, и тот гостеприимно распахнул створки, обнажая импровизированное ложе с углублениями под человеческую анатомию. Сухарь бережно положил Женьку внутрь, и кокон удовлетворённо стянул створки обратно, начиная процесс сканирования и реанимации.
Джек наставил оружие на Сухаря и прошипел:
— Даже не думай! Я застрелю тебя, если дёрнешься! Или её!
— Её ты не застрелишь, — презрительно выдавил Сухарь, — а то тебе не о чем будет договариваться с хозяином.
— Но тебя-то я могу застрелить.
— Валяй, — Сухарь смотрел, как Женьку опутывают шланги и тончайшие иглы колдуют над телом.
Он по-прежнему не шевелилась, но кожа постепенно начала окрашиваться в розовой цвет. Кончики её пальцев пару раз дёрнулись, и кокон что-то возмущённо пискнул.
— Что происходит? — Сухарь мог бы раздавить этот большой, но хрупкий предмет руками, но сейчас чувствовал себя как никогда беспомощным.
— Процесс запустился… пробует реанимировать… — Джек вытер пот со лба и оглянулся на отдельно стоящий кокон, скрытый за ещё одной перегородкой. Стена была полностью прозрачная, а лежащий внутри кокона человек мерно дышал с закрытыми глазами.
— Кто она? — спросил Сухарь, проследив направление взгляда Джека.
— Если бы я знал! — Джек выразительно тряхнул оружием. — Тебе придётся вернуться обратно в клетку.
— Не раньше, чем я смогу убедиться, что Женя жива.