— Мама, поздравляю, — Марина подошла ко мне вприпрыжку, держа бокал шампанского. — В сорок пять снова невеста. Ты героиня.
Повернулась к моему жениху:
— Артём Сергеевич, можно я вас обниму как новоиспечённого папочку? Костюм шикарный, так подчёркивает вашу… мужественность.
Она откровенно провела глазами по его фигуре.
— Марина! — прошипела я. — Держи себя в руках.
— Да ладно, — она улыбнулась. — Я же теперь официальная падчерица. Имею право комплимент сделать.
Гости хихикнули.
А я стояла в белом платье и чувствовала, как под ногами всё шатается.
* * * * *
С Артёмом я познакомилась в сорок три, в очереди к стоматологу. Он тогда дрожал, как мальчишка, а я, глядя на этого большого мужика, не удержалась:
— Вы тоже пытаетесь сбежать от зубного?
Он засмеялся, и лед растаял.
Через пару дней мы уже пили чай в кафе напротив поликлиники.
Я сразу сказала, что у меня взрослая дочь Марина, мы живём вдвоём. Муж — её отец — умер восемь лет назад, и с тех пор отношения с дочерью только усложнялись: гулянки, ночные клубы, отсутствие работы.
Артём тогда махнул рукой:
— Не переживай. Я и похуже характеры видел. Главное — чтобы ты была со мной.
Предложение он сделал через четыре месяца.
Я колебалась: Марина, её вспышки, её привычка жить только для себя. Но потом подумала: ну сколько можно саму себя откладывать? Я тоже человек, а не только «мать».
И согласилась.
Марине я призналась утром в субботу. Она, как обычно, вылезла из комнаты в одиннадцатом часу с телефоном в руке.
— Марин, сядь, пожалуйста, — попросила я.
— Только не начинай про «поздно пришла и опять с друзьями», — застонала она. — Я взрослая.
— Это - да, но сейчас не об этом. Я выхожу замуж, — сказала я.
Она даже про чашку с кофе не сразу вспомнила.
— Куда ты выходишь? — медленно переспросила. — Замуж? В твоём возрасте?
Хмыкнула:
— Тебе бы уже в церковь почаще ходить, а не в загс. Зачем тебе это всё?
— Затем, что я влюбилась, — честно ответила я. — И он тоже. Жить собираемся вместе.
— Ты издеваешься? — Марина засмеялась. — На старости лет мужика себе нашла?
Потом вдруг добавила:
— Ладно. Только жить вы будете у него, да? Надеюсь, ты не собираешься тащить его сюда? Мне тут места мало и без твоего Артёма.
— Жить мы будем у него, — кивнула я. — А ты пока останешься в этой квартире. Но мне важно, чтобы вы познакомились нормально. Он придёт послезавтра. Побудь дома, хорошо?
— Торг уместен? — прищурилась она. — Полчаса посижу — и по своим делам. Только не вздумайте при мне свои "нежности" обсуждать.
Артём к знакомству готовился серьёзно.
Долго выбирал цветы: для меня — розы, для неё — яркие герберы. Купил хороший шоколад, выгладил новый костюм.
— Волнуешься, как на экзамен? — подтрунивала я.
— Почти, — честно отвечал он. — Никогда не знакомился с дочерью любимой женщины. Тем более взрослой.
Когда прозвенел звонок, я была в спальне, поправляла прическу. Марина открыла дверь сама.
Я услышала её голос:
— Ого… здравствуйте. Вы, наверное, Артём? Проходите.
И такой тон — не дочери, а как у девушки на свидании.
За столом она сидела напротив него, заламывала волосы на палец, смеялась громче обычного, задавала вопросы:
— А вы много зарабатываете?
— А дом у вас свой?
— А за границей бывали?
Я делала вид, что не замечаю. Артём держался сдержанно, отвечал спокойно, без двусмысленностей.
Когда он ушёл, я осторожно спросила:
— Ну как тебе?
— Да нормальный, — небрежно бросила Марина. — Только не вижу смысла тебе в твоём возрасте замуж лезть. Можно же просто встречаться.
Потом неожиданно добавила:
— Хотя… он не хуже других.
И ушла в комнату.
* * * * *
Свадьбу сыграли без особого размаха, но красиво. Маленький ресторан, наши друзья, его коллеги, пара моих родственников.
Марина пришла в чёрном, коротком, почти готическом платье.
На фоне моих светлых кружев это выглядело как маленький протест.
Во время тостов она взяла микрофон:
— Мама, поздравляю. Весь город теперь будет обсуждать, как ты в сорок пять решила снова невестой стать…
Гости захихикали.
— А вы, Артём, — повернулась к нему, — готовьтесь. У вас теперь две новые женщины появились.
Зал притих.
— Марина! — вскрикнула я.
— Шучу, шучу, — она сделала невинное лицо. — Ну правда же, вы теперь и мне как отец.
После пары бокалов шампанского она подошла к нему, обняла и чмокнула. Я не разглядела, в щёку или всё‑таки в губы, но внутри неприятно дрогнуло.
После нашего короткого скандала в дамской комнате она хлопнула дверью и уехала «на вечеринку».
Я списала всё на ревность и обиду: «Мама вышла замуж, мир рушится».
Мы с Артёмом переехали в его дом.
* * * * *
Марина осталась в моей квартире. Я оставила ей немного денег на первое время и сказала:
— Марин, я больше не буду переводить тебе по звонку. Хочешь жить отдельно — учись зарабатывать. Тебе двадцать один.
— Ой, началось, — закатила она глаза. — Я ещё свою жизнь не пожила, а ты меня уже на работу отправляешь.
Но спорить не стала. Наверное, потому что знала — я настроена серьёзно.
Первые пару месяцев она звонила часто:
— Мам, мне чуть‑чуть не хватает на коммуналку.
— Мам, на продукты бы, на неделю.
Я переводила, но напоминала:
— Это последнее «чуть‑чуть». Дальше сама.
Параллельно она общалась с Артёмом. Он сам иногда ей звонил:
— Марина, ты как?
— Если хочешь, могу помочь с резюме. У нас в офисе администратор нужен.
Она вечно отнекивалась:
— Я подумаю. Сейчас не время...
Беременность первая...
Однажды вечером Марина неожиданно приехала к нам.
Села за стол, ковыряла вилкой еду, потом выдала:
— Мам, ты скоро станешь бабушкой.
Я растерялась:
— В смысле?..
— В прямом. Я беременна, — откинулась она на спинку стула. — Поздравляю.
— А отец ребёнка? — спросила я.
— Был, — усмехнулась она. — Но меня он мало интересует. Свалил, как только узнал.
Она пожала плечами:
— Не переживай, рожать буду. Ребёнок — это моя страховка. В жизни пригодится.
Эта фраза мне тогда не понравилась, но я сделала вид, что не услышала.
— Ты где собираешься жить? — спросила я.
— У тебя, — спокойно ответила она. — Я одна, да ещё и беременная, в квартире не останусь. Ты сама говорила, что беременной нужен уход.
Я посмотрела на Артёма.
Он напрягся, но произнёс:
— Конечно, приезжай. Разберёмся.
Беременная Марина вела себя… как "принцесса на горошине".
— Я не буду мыть посуду, — говорила она. — Мне тяжело.
— Я не пойду в магазин, это вредно.
На каждое замечание у неё была отговорка: «Мне нельзя нервничать, у меня ребёнок».
Артём возил её по врачам, покупал витамины, нёс тяжёлые пакеты.
Я пыталась не ревновать: когда мужчина заботится о беременной, это нормально.
Сын родился зимой, здоровый крепкий мальчик. Назвали его Сашей.
Марина кормила его месяц, потом заявила:
— У меня портится фигура. Я не буду. Кормите смесью.
И буквально отодвинулась в сторону.
Я с головой ушла в внука: ночи, пелёнки, прогулки, врачи.
Артём иногда обиженно говорил:
— Я тебя почти не вижу. Ты в детской уже прописалась...
— Потерпи, — просила я. — Подрастёт — будет легче.
И вот тогда, когда я почти перестала замечать всё вокруг, в нашем доме началось "удивительное"...
* * * * *
Первые звоночки я пропускала.
— Мы с Мариной в магазин, — говорил Артём. — Надо коляску посмотреть.
Или:
— Я отвезу Марину в салон, ей тяжело ездить в автобусе.
Мне казалось, это нормально: отчим помогает молодой маме-падчерице.
Потом стало больше мелочей.
Марина стала одеваться дома вызывающе: короткие шорты, маечки без бретелек.
— Марин, надень что‑нибудь нормальное, — просила я. — У нас мужчина в доме.
— Да ладно, — отмахивалась она. — Это же «папочка».
Я уставала, махала рукой. А надо было тогда насторожиться.
Беременность вторая.
Через полгода после рождения Саши Марина подошла ко мне на кухне:
— Мам, мне надо кое‑что сказать.
Я мыла посуду, не оборачиваясь:
— Опять деньги? Я уже говорила…
— Я беременна, — перебила она. — Снова.
У меня из рук выпала тарелка.
— Как? — выдохнула я. — Ты что, смеёшься?
— Не смешно, — пожалa она плечами. — Но факт.
— И кто отец? Опять какой‑то «беглец»? — я уже закипала.
Марина вдруг странно посмотрела:
— Отец — серьёзный человек. Женатый.
И добавила, глядя мне в глаза:
— Но я его люблю. И ребёнка тоже.
Мне стало плохо.
— Ты понимаешь, что делаешь? Ты лезешь в чью‑то семью!
— Мам, ну не тебе меня судить, — холодно ответила она. — Сама замуж несколько раз выходила.
Потом, видя моё состояние, выдохнула:
— Успокойся. Когда придёт время, сама с ним поговорю.
Кто этот «он», я тогда, стыдно признаться, даже не додумалась спросить. В голове крутились только мысли: «Как жить дальше? Ещё один ребёнок, ещё одна ответственность».
* * * * *
Плановый осмотр во втором триместре.
Мы поехали в частную клинику: Марина настояла, мол, там оборудование лучше.
С нами поехал и Артём — «поддержать».
В коридоре было душно, я вышла подышать на улицу, поговорить с сестрой по телефону. Вернувшись, услышала из‑за двери холла знакомые голоса.
Дверь была приоткрыта, я остановилась на лестнице.
— Тёма… — протянула Марина, — ну хватит из себя трагического героя строить.
Я вздрогнула. Так его раньше называла только я. Для Марины он всегда был Артёмом Сергеевичем.
— Марина, — шёпотом, но нервно отвечал он, — ты понимаешь, что сейчас сказала? То, что ты беременна… от меня…
У меня земля ушла из‑под ног.
— Да, — спокойно подтвердила она. — От тебя. Не веришь? Можем тест ДНК сделать. У меня за это время больше никого не было.
Потом тихо, но отчётливо:
— Наш ребёнок. Твой первый, между прочим. Настоящий. Себя вспомни: ты всё «успех» строил, а детей так и не было.
— Лена… — почти простонал Артём. — Лена этого не переживёт. Она нас убьёт.
— Лена, Лена… — передразнила Марина. — Хватит жить только для неё. Мама уже старая и вряд ли сможет тебя так осчастливить.
Я услышала её тихий смешок:
— Ты уже живёшь на две семьи, пора определиться. Или старая жена с внуком, или я — молодая, красивая, мать твоего ребёнка.
Пауза.
— Разницу чувствуешь?
Он молчал.
Я не слушала дальше.
В горле стоял ком, в голове крутилась одна мысль: «Мой муж и моя дочь. Моя дочь и мой муж».
Как я дошла до дома — не помню.
Сестре тут же сказала, что не приеду, сославшись на болезнь. Сашу забрала из комнаты, прижала к себе так, что он недовольно заскулил.
Когда они вернулись из клиники, я уже собрала в голове все куски пазла последних месяцев. И «случайные» поездки, и нежные взгляды, и его внезапную заботу.
На пороге кухни они остановились, увидев меня с чемоданом.
— Мам, ты чего? — первая заговорила Марина. — Ты куда?
— Домой, — ответила я. — В свою квартиру, где больше не будет предателей.
Артём побледнел:
— Лена, подожди. Давай спокойно…
— Спокойно? — я посмотрела на него. — Ты спал с моей дочерью, пока я в соседней комнате качала вашего внука!
Повернулась к Марине:
— Ты решила, что тебе мало просто маминого мужчины, нужен ещё и её ребёнок?!
Она вдруг вскинулась:
— Хватит играть в жертву! — выпалила дочь. — Ты сама всё запустила! Как Саша родился, ты переселилась в детскую и на мужа махнула рукой. Он был один, ему плохо было. А я рядом. Я хотя бы видела в нём мужчину.
Я смотрела на неё и понимала, что уже не узнаю эту девочку, которую когда‑то водила в сад.
Артём стоял между нами и мямлил:
— Девочки… Я не хотел… Так вышло… нам всем надо успокоиться!
* * * * *
Решение забрать Сашу с собой пришло сразу.
Марину ребёнок интересовал только как до этого — повод, «страховка». Она легко сказала:
— Можешь взять его к себе. Я сейчас двоих не потяну.
Я оформила с ней у нотариуса согласие на то, что я представляю интересы внука.
Документы и вещи для Саши нам передали через курьера.
Я специально не вышла: не была готова ещё раз смотреть им в глаза.
Они остались жить в его доме: мой бывший муж, моя дочь и их общий ребёнок.
Я — в старой квартире с внуком.
Сейчас Саше уже три с половиной.
Он зовёт меня мамой Лёной, хотя я от него не скрываю, что прихожусь ему бабушкой.
Он растёт весёлым, общительным. Я вижу в нём иногда черты и Маринины, и каждый раз сердце сжимается.
Работать на полный день я пока не могу, устроилась в половину смены в аптеку рядом с домом, чтобы успевать забирать его из сада.
Финансово непросто, но мы держимся. Копеечка к копеечке.
Больше всего я боюсь одного: что Марина когда‑нибудь решит сыграть в «я тут мать, отдайте ребёнка». Родительских прав она не лишина, но свои обязательства перед сыном, естественно не исполняет.
С мужчинами теперь у меня вопрос закрыт. Боюсь даже смотреть на них. И это, наверное, уже навсегда.
Пишите, что думаете про эту историю.
Если вам нравятся такие житейские рассказы — подписывайтесь на “Бабку на лавке”. Здесь такого добра много, и новые драмы появляются каждый день!
Приятного прочтения...