Первый раз это случилось восьмого января.
Ольга возвращалась с работы — обычный день, если не считать того, что половина офиса ещё догуливала праздники, и ей пришлось разгребать почту за троих. На улице темнело рано, фонари горели через один, и она торопилась домой, мечтая о горячей ванне и бокале вина.
У подъезда курил сосед с третьего этажа. Ольга кивнула ему, он кивнул в ответ — и как-то странно на неё посмотрел. Не то чтобы неприязненно, скорее... озадаченно.
— Забыли что-то? — спросил он.
— В смысле?
— Ну вы же только что выходили. Минуты три назад.
Ольга остановилась.
— Я весь день на работе была.
Сосед пожал плечами и отвернулся к своей сигарете. Ольга постояла ещё секунду, потом пошла к лифту. Мало ли. Обознался. Темно, она в пуховике, каких тысячи — легко перепутать.
Дома всё было как обычно. Кот встретил у двери, требовательно мяукая. Тапочки стояли там, где она их оставила утром. На кухне — немытая чашка от кофе.
Всё нормально.
Она приняла ванну, выпила вина, легла спать.
И проснулась в три часа ночи от ощущения, что в квартире кто-то есть.
Ольга лежала неподвижно, вслушиваясь. Тишина. Только кот сопел в ногах. Она уже почти убедила себя, что это нервы, когда услышала — отчётливо, ясно — как в прихожей скрипнула половица.
Та самая. Третья от двери. Она скрипела всегда, когда на неё наступали, и Ольга давно собиралась вызвать мастера, но всё руки не доходили.
Скрип.
Потом — тишина.
Ольга лежала, боясь дышать. Сердце колотилось так, что, казалось, его слышно в соседней комнате. Она думала о том, что телефон на тумбочке, что можно позвонить в полицию, что надо встать и проверить...
Но она не встала. Она лежала до рассвета, глядя в потолок, и слушала тишину.
Утром, конечно, никого не было. Дверь заперта изнутри. Окна закрыты. Никаких следов.
Приснилось, сказала она себе. Нервы.
Но половица — та самая, третья от двери — была сдвинута. Совсем чуть-чуть. На сантиметр, может, полтора. Ольга знала каждую щель в этой квартире. Половица была сдвинута.
✦ ✦ ✦
Второй раз — одиннадцатого.
Ольга работала из дома, готовила отчёт. В обед спустилась в магазин за хлебом. Магазин был в соседнем доме, через двор, она ходила туда сто раз и могла бы пройти с закрытыми глазами.
На кассе сидела Зина — пожилая женщина, которая работала здесь, кажется, с момента постройки дома. Она знала всех жителей окрестных домов по именам и всегда спрашивала про здоровье и работу.
— Оля, — сказала Зина, глядя на неё поверх очков, — ты чего это сегодня какая-то...
— Какая? — Ольга выложила хлеб и молоко на ленту.
— Другая. — Зина нахмурилась. — Утром заходила, молчала, смотрела странно. Я тебе «здрасте» говорю, а ты — ноль внимания. Думала, обиделась на что.
— Я утром не заходила, — медленно сказала Ольга. — Я весь день дома сидела.
Зина посмотрела на неё долгим взглядом.
— Заходила, — сказала она уверенно. — В девять с чем-то. Хлеб брала и сыр. Только странная была. Не поздоровалась, не улыбнулась. Деньги положила и ушла. Я ещё подумала — может, случилось что?
Ольга расплатилась и вышла из магазина. На улице было холодно и серо, падал мелкий снег. Она стояла у входа и смотрела на свой дом — обычный дом, девять этажей, облезлая штукатурка, знакомые окна.
В одном из окон — её окне, кухня, четвёртый этаж — горел свет.
Она точно его выключала.
✦ ✦ ✦
Ольга поднялась на свой этаж и долго стояла перед дверью, не решаясь войти. Ключи были в руке, но она не могла заставить себя их вставить.
Это бред, говорила она себе. Полный бред. Ты забыла выключить свет, вот и всё. А Зина — ей семьдесят лет, она путает.
Но сосед ведь тоже видел.
Она открыла дверь.
Свет на кухне горел. Она вошла — пусто. Никого. Всё на своих местах. Кот спал на подоконнике.
На столе лежал хлеб и сыр.
Ольга не покупала сыр.
Она стояла, глядя на эти продукты — обычный хлеб в пакете, обычный сыр в упаковке из того же магазина, — и чувствовала, как по спине ползёт холодок. Не страх даже. Что-то другое. Что-то, чему она не могла подобрать названия.
Кот проснулся, потянулся и спрыгнул с подоконника. Подошёл к ней, потёрся о ноги. Потом замер.
Ольга проследила за его взглядом.
Кот смотрел в угол комнаты — пустой угол, где не было ничего, кроме тени от шкафа.
И шерсть у него на загривке стояла дыбом.
✦ ✦ ✦
Тринадцатого января — в канун старого Нового года — Ольга пришла домой и увидела её.
Себя.
Та сидела на кухне, за столом, и пила чай из её любимой чашки. Ольга застыла в дверях, не в силах пошевелиться, и они смотрели друг на друга — две одинаковых женщины, одно лицо, одни глаза.
Только глаза были другие. В них не было ничего. Совсем ничего.
— Закрой дверь, — сказала та. Голос был её, Ольгин, но интонация — чужая, механическая, как у автоответчика. — Дует.
Ольга не шевельнулась.
— Кто ты? — прошептала она.
Та — другая — отпила чай и поставила чашку на стол. Точно так же, как это делала Ольга: сначала на блюдце, потом чуть сдвинуть вправо.
— Ты знаешь, — сказала она.
И Ольга поняла, что да. Знает. Каким-то древним, дочеловеческим знанием, которое живёт не в голове, а в костях, в крови, в той части мозга, что не изменилась за миллион лет эволюции.
Та, другая, встала из-за стола.
Она двигалась как Ольга. Точно так же. Каждый жест, каждый поворот — идеальная копия. Но что-то было неправильно. Что-то, что Ольга не могла понять, но чувствовала — остро, болезненно, как фальшивую ноту в знакомой мелодии.
— Святки, — сказала та. — Время, когда можно... ходить. Туда и обратно. Там холодно. Там всегда холодно. А здесь — тепло.
Она сделала шаг к Ольге.
— Я так давно смотрю. На твою жизнь. На твоё тепло. На твой свет. — Ещё шаг. — Там нет ничего. Понимаешь? Ничего. Только холод и темнота. И мы — которые смотрим.
Ольга попятилась. Спина упёрлась в стену.
— Чего ты хочешь?
Та остановилась в метре от неё. Лицо Ольги — её собственное лицо — было совсем близко. И она наконец поняла, что было не так.
Та не дышала. Грудь не поднималась. Ноздри не раздувались. Она стояла неподвижно, как манекен, как восковая фигура, и только глаза — пустые, мёртвые глаза — смотрели на Ольгу.
— Твоё тело, — ответила та.
И улыбнулась.
Это была улыбка Ольги — её собственная улыбка, которую она видела в зеркале каждый день. Но на этом лице она выглядела иначе. Как трещина в стекле. Как разлом в земле. Как дверь, которая не должна открываться, — но уже открылась.
✦ ✦ ✦
Дальше всё шло, как обычно. Ольга ездила на работу. Созванивалась с подругами.
Только соседка с пятого этажа, когда встретила её в лифте, потом рассказывала мужу:
— Странная она стала. Здоровается, улыбается, а глаза... Не знаю, как объяснить. Как будто там никого нет. Пустые. Как у куклы.
Муж отмахнулся: показалось.
А соседка потом долго не могла уснуть. Лежала в темноте и думала о том, что Ольга — та, из лифта — не дышала.
Ни разу за всё время, пока они ехали.
Ни разу.
Друзья ❤️, подписывайтесь на канал, чтобы мы встречались чаще. Ставьте лайки 👍 для обмена энергиями и оставляйте комментарии! 😍
© Михаил Вяземский. Все права защищены. При цитировании или
копировании данного материала обязательно указание авторства и
размещение активной ссылки на оригинальный источник. Незаконное
использование публикации будет преследоваться в соответствии с
действующим законодательством.