Много лет прошло, а народ эту историю помнит... Жил на свете кузнец по имени Антип. На всю округу славился он своим мастерством: коня так умел подковать, что тот и не шелохнется. Изготовить различные изделия ему было под силу, железо в его руках обретало любые формы. Словом, большой искусник был Антип. Обращались к нему за помощью многие, никогда без работы кузнец не сидел.
В жизни его, кроме кузни и лошадей, была еще одна большая любовь: дочь Марьюшка. Девица скромная, тихая, послушная. Росла себе, на радость отцу, без матери, и была его гордостью и отдушиной.
Заехал как-то на кузню к Антипу незнакомый экипаж. Никто этому не удивился, ведь рядом пролегал большой московский тракт, и в двух верстах находился постоялый двор. Часто сюда разные господа заезжали, коней перековать. На постоялом дворе суматоха и толкотня случалась, а здесь дело можно было решить быстрее. Про Антипа все знали, к Антипу путешественников и отправляли.
Смеркалось; лучины зажгли в избах на деревне. Лето закончилось, темнеть стало раньше, и Антип собрался было домой, к Марьюшке. Но заезжий господин слезно молил перековать ему лошадей. Мол, спешит, опаздывает в Москву.
Делать нечего, согласился кузнец. Лишняя копейка не помешает: дочь на выданье, приданое копить надо, а незнакомец предложил Антипу мошну с деньгами внушительных размеров.
Дело свое кузнец знал и выполнял на совесть – очень скоро лошадки были перекованы, и собрался было он распрощаться с незнакомцем, как вдруг возле кузни Марьюшка появилась. Хорошенькая, светлоокая, в узорчатом платочке, она встревожилась за отца и прибежала звать его в дом.
Взгляды Марьюшки и незнакомца встретились; вздрогнула Марьюшка и опустила глаза. Словно в жар ее бросило. Господин был красив и довольно молод, и много подобных ему побывало на кузне. Только в этот раз все было как-то иначе. Он и понравился ей, и напугал чем-то.
Незнакомец же отвел глаза и положил на ладонь Антипа увесистый мешочек с деньгами.
Пока кузнец прибирал после работы, Марьюшка ждала его во дворе. Краем глаза видел Антип, что незнакомец замешкался возле своего экипажа и что-то сказал ей. Девица отвечала так тихо, что слова дочери Антип даже не разобрал. Вслед за этим господин спешно уехал.
К ночи на дворе совсем потемнело, надвигался дождь. Марьюшка нежданно вспомнила, что забыла свой платок возле кузни – мол, бросила на изгородь, и надо бы сбегать, принести, чтоб не намок. Антип хотел было сам – куда в темень и непогоду дочери! – но Марьюшка выскочила из избы, пообещав скоро вернуться.
Не было Марьюшки дольше, чем следовало. Когда она вбежала в горницу, была мокрая насквозь от дождя. В руках она сжимала свой забытый платок. Антип поругал ее за непослушание и велел тотчас же надеть сухую одежду и ложиться спать. Что сам и сделал. Кузнец захрапел очень быстро, а дочь его, развесив возле печки мокрую одежду, все что-то медлила, не гасила лучину.
На следующее утро дождь прекратился. Антип с петухами поднялся и ушел в кузню, Марьюшка оставалась дома. Напекла пирогов отцу, щи наварила, чем очень Антипа вечером порадовала.
- Ай, любимая моя голубушка! – приговаривал он, - ай, девонька! Уважила отца!
Под конец ужина Марьюшка пошла за молоком в сени и пропала. Ждал ее Антип, ждал, не выдержал и пошел искать. Весь дом и двор обыскал: нет Марьюшки. Сердце отеческое почуяло неладное. Побежал по соседям: вдруг к подружкам убежала дочка? Всю деревню на ноги подняли. Даже духу Марьюшки нигде не нашли. Упал кузнец на сыру землю и заплакал. Ничего он не понимал, не знал, что думать. Как рассвело, отправился с мужиками в окрестные леса, но и там следов девицы не было.
Воротившись домой, Антип застал возле кузни экипаж того господина. И Марьюшку, живую и невредимую, только бледную и в слезах.
Упал кузнец на колени от радости, что нашлась дочка, и возблагодарил Господа. Самого страшного не случилось: Марьюшка была жива.
А незнакомец был спокоен и усмехался как-то недобро. Предложение его кузнецу было таково: он навсегда отпускает с ним девицу, дабы избежать людских пересудов. Антип закусил кулак от горя. Отпустить единственную дочь, ненаглядную его Марьюшку, с подлецом, бесчестным человеком, пусть и богатым? Либо отказать ему, и подвергнуть девицу позору в деревне на всю оставшуюся жизнь?! Такая история погубит девку, никто ее теперь замуж не возьмет… Кузнец схватился за голову. Марьюшка тихо плакала и ничего не говорила, спрятавшись в кузне. Господин (он называл свое имя Антипу, но тот не имел силы его запомнить) велел бедному кузнецу подумать над этим, а также предложил тонкую и дорогую работу, которую пообещал щедро оплатить. Надобно было выковать изящное распятие, и сроку давалось до следующих петухов.
- Завтра утром я приду за ответом, - молвил он, - и пеняй на себя, коли обманешь меня!