Церемония прошла достойно. Мой лев сверкал ярче солнца! Гордость заполняла мое сердце!
Первым же указом Повелитель подарил мне титул – Валиде, мать Султана. Он сделал меня самой главной женщиной империи, я даже прослезилась. Не прошли даром моя любовь и забота о нем. У меня замечательный сын!
Вскоре прибыл остальной гарем Сулеймана. Махидевран хотела устроить мне скандал: видите ли она должна стать женой Повелителя, ведь у нее единственной есть сын! Ну, я ей достойно дала отпор! Тоже мне звезда! Я своему сыну найду такую жену, что ему будет завидовать весь мир!
И снова Аллах услышал мои молитвы! Мой брат прислал в подарок сыну много всего, в том числе и девушку необыкновенной красоты! Я видела, как загорелись глаза у сына, но решила, что небольшая проверка ее и немного ожидания для него благотворно подействуют.
Я забрала ее к себе, якобы подучить, а по правде проверить. Мне она сразу понравилась, чувствуется порода! Какая стать! Какая необычная притягательная красота! Золотые волосы, зеленые глаза, точеная фигурка, как статуэтка.
Вечером мы с Дайе обсудили, что надо сделать. Девушка явно не привыкла к плохим условиям и работе. Как она будет реагировать? Не сорвется ли? Посмотрим.
Ее поселили в общей комнате. Она не возмутилась, ни словом, ни взглядом не дала понять, что ей это не нравиться. Ее смех постоянно слышно в гареме, где бы она не появлялась, все начинали улыбаться. Она всех заражала своим весельем. Ладно, посмотрим, что ты будешь делать, когда тебя заставят делать грязную работу.
- Дайе, как Анастасия? – мы пили прохладный шербет в шатре в саду. Я часто делила вечера с Дайе.
- Я послала ее в прачечную, полы она мыла, напевая какую – то песню на своем языке. Так красиво пела! Все заслушались. Мне пришлось приводить их в чувство, - ответила верная хазнедар.
- И как? – я с интересом ждала продолжения.
- Ее руки покраснели и покрылись трещинами от раствора щелока, как у всех. Но она продолжала смеяться и веселить всех. А потом пошла на кухню и попросила сало и масло, нарвала в саду каких – то трав, когда я послала ее обрезать розы, и сделала мазь. За несколько дней ее руки вернули былую красоту и мягкость. И не только у нее. Она девушкам тоже эту мазь дает. Все подружились с ней. Учителя просто в восторге от ее успехов! И всегда смеется. Может хватит?
- Да, Дайе. Завтра пусть начнет мне прислуживать. Посмотрю на нее сама. Посели ее в комнате рядом с Гюльфем. Я хочу, чтобы они дружили. Гюльфем совсем себя в гроб загонит. Если Анастасия такая веселая, может и Гюльфем придет в себя.
- Как прикажете, госпожа, - Дайе поклонилась и вышла из покоев.
На следующий день я сама начала заниматься с новой наложницей. Меня удивило, что девушка знает несколько языков и с удовольствием мне читает книги, сразу же переводя с незнакомого мне языка. А как она вышивает! Это не вышивка, это чудо! У нее получаются живые цветы и птицы. Все, за что бы не бралась эта девушка, она делала с улыбкой и делала лучше всех! Я все больше убеждаюсь, что она не может быть простой крестьянкой, да и ее версия, что она дочь священника, ну никак не укладывается. Не могли ее научить всему, что она умеет, да и походка у нее явно не простая, а как у королевы. Не хочет она говорить правду, ну и не надо. Может, когда – нибудь расскажет. Я и так вижу, что она достойна стать женой моего сына, которому будет завидовать каждый король!
Я решила обрадовать своего льва и отправила Настю в его покои. Карета увезла ее в Топкапы. За это время мы подготовили ей отдельные покои и подарки, но она все не возвращалась.
Настя вернулась только в пятницу и то, к вечеру вновь уехала к Султану. Он дал ей очень подходящее имя – Хюррем, радость приносящая.
Хюррем сразу же по приезду зашла ко мне – она хорошо воспитана. Подаркам была рада, но искренне удивлена. Поделилась ими с Гюльфем, которая потихоньку стала приходить в себя, общаясь с Хюррем. И не только с ней. Ей вздумалось осчастливить и еще служанок, которых я ей разрешила выбрать самой. Надо ей сказать, что это недопустимо.
Она сама счастлива и хочет осчастливить всех. Не видит завистливых глаз. Как она ошибается, считая всех подругами! Наивная! Ох, горько ей будет, когда она узнает, как жестоки законы гарема. Я боролась за любовь мужа всеми способами. Да простит меня Аллах! Потом устала и сдалась, уехала с сыном и больше никогда не позволила себе вспоминать о нашем счастье с Селимом. Мое сердце очерствело. Теперь для меня существуют только мои дети, и любовь к ним. Как хочется помочь дочерям! Только традиции не позволяют мне это сделать, но я буду их поддерживать.
Вызвала швею, чтобы у Хюррем были достойные одежды, достойные Султанши.
Днем я специально съездила к сыну и убедилась, что он безмерно счастлив! И я счастлива с ним.