- Лида, позови моего мужа.
Зина стояла во дворе у своей бывшей подруги. Она говорила спокойно, будто немного заторможено, уже без слёз, так как выплакала их за вчерашний вечер и прошедшую ночь. Но вот опухшее лицо сильно выдавало молодую женщину, по нему было понятно, что у неё случилось что-то очень серьёзное.
- Ты чего это такая? – Лида с жалостью посмотрела на свою соперницу, заметив её больной вид.
- Позови, сказала, поговорить мне надобно, - повторила Зина.
Та развернулась и вошла в дом, перестав выспрашивать у гостьи о произошедшем. Зина в последнее время часто являлась к дому Лиды, стараясь вытребовать у бывшего мужа хоть какую-то помощь. Во все эти моменты Лида плохо относилась к таким визитам Зинаиды в её дом, но сегодня спорить с ней не стала, а тут же позвала мужчину.
- Что ты сюда шастаешь? Чего тебе опять надо? Сказал же куплю уголь с зарплаты, что-опять-то не так? – начал нападать на неё Андрей.
- Детей забрали, - на этих словах, она потянула свои руки к лицу, приседая на землю, заревев в голос.
- Что? – не понял Андрей.
Лида выбежала на крыльцо, не в силах наблюдать из окна то, что происходило на улице. Всё это время они с Зиной были по разные стороны баррикад, но вот ситуация с плачущей от душевной боли бывшей подругой затронула ту до глубины души.
- Как забрали? – возмутилась Лида, ты же нормальная мать, не пьёшь, не куришь, за детьми приглядываешь.
- Сказали, что дом у меня аварийный, что продуктов нет в холодильнике, и угля нет на зиму, - Андрей уже усадил Зину на лавку, сев с одной стороны от неё, с другой расположилась Лидия.
- А сказали ещё что? Насовсем забрали? А где они теперь? – вопросы задавала больше Лида, Андрей же сидел молча.
- В городе, в центре реабилитационном для детей, оказавшихся в трудных, жизненных ситуациях, так мне было объявлено. Ещё сказали, как только я дом восстановлю, так они и вернут мне детей, а как я его отремонтирую? – она опять заревела.
- Ну не плачь, мать, - Лида положила одну руку на спину Зине, похлопывая по ней, пытаясь успокоить, другой рукой она держала ту за плечо, - Андрей, что ты молчишь? Делать что-то надо.
- А я-то что? – возмутился мужчина.
Он сидел будто немного в стороне от происходящего, установив локти на колени и скрестив пальцы между собой. Мужчина помолчал какое-то время, затем встал, махнув на обеих женщин рукой, и сделал последнее заявление перед уходом.
- Надоели вы мне, - он быстрым шагом отправился к калитке, уходя прочь и не обращая никакого внимания на призыв Лидии вернуться.
- Вот гад какой, вы поглядите-ка на него, - Лида осталась сидеть на скамейке, стараясь хоть как-то утихомирить плачь бывшей подруги.
- Девочки, что случилось, - во двор уже проходила соседка Агриппина Семёновна, проживающая напротив Лиды, - я как увидела, что Андрей так психнул, да отправился, дай думаю зайду.
- Детей забрали у Зины, - ответила Лида, - кто мог опеке позвонить, интересно?
- А знаю я кто, - тут же ответила бабка Агриппина, расположившись рядом на скамейке, - свекруха твоя, Зин. Она тут намедни распылялась в магазине, что замучила ты её сыночка так, что сил её больше нет. Всё ходишь, денег выпрашиваешь, вот бы говорит сообщить куда следует, дескать ты сама не справляешься.
- Тётя Катя, что ли? – не поверила Лида, подозрительно окинув взглядом зашедшую на огонёк соседку, - с чего ей. Это же её внуки.
- А что ей эти внуки, когда Андрюшеньку, как липку трясут? Это же сынок её. Она всю жизнь со своим Андреем, как с писанной торбой бегает. Помню вон маленький он был, залез к Митрофанычу с толпой ребят, яблок нарвать. Да они тогда оглоеды, ещё и ветку хорошую у дерева обломали, тот рассердился и с палкой вышел. Все убежали, а Андрей не успел, так Митрофаныч его палкой отходил. Не сказать, что сильно, но Катька явилась разбираться к мужику, да орала, как резанная на всю деревню, что её сыночка обидели. Вот так она его и защищает, будто кто нападает на него, всегда его отстаивает, даже если он не прав. Слепая материнская любовь у неё. А вы девки всё с ней тягаться думаете, да перетаскиваете мужика, будто знамя, с одного двора, да в другой.
Обе молодые женщины посмотрели обиженно в сторону старухи, осудившей их деяние.
- Шли бы вы отсюда, - со злостью продекламировала свои слова Лидия, - итак плохо ей, ещё вы тут со своими сплетнями явились. Мы мужиков таскаем, а вы, знамо дело, сплетни разносите, да удовольствие получаете, если у кого горе какое. Нет в вас жалости!
Лида всегда знала и могла ответить вовремя, убедительно давая отпор всем обидчикам. Всё это время Зине не хватало вот этой ярой заступницы, неожиданно перешедшей из добрых и преданных подруг в предательницы.
- Есть у нас жалось, только вот не к вам, дурёхам, а к ребятишкам, которые сейчас страдают без матери, пока их мамка за мужиком по деревне гоняется и с него что-то требует, - не унималась Агриппина, она уже отошла к калитке и оттуда вещала своё мнение, хоть и не спрашивал её тут ровным счётом никто.
- А вы-то, все хороши, добрые тётеньки, из своих оградок всё высматриваете, да кости моете. Помочь никто не отважится, а осудить прям толпа целая, - Лида продолжала отстаивать свою позицию.
Неожиданно Зина, до этого момента молчавшая, занятая своим страданием, вскочила со скамейки, резко направляясь к калитке. Бабка Агриппина отпрянула в сторону, испугавшись на миг, что это к ней та стремительно приближается, но Зина прошла мимо, быстрым шагом зашагав в ту же сторону, куда Андрей удалился до этого момента.
- Зин, ты куда? - Лида соскочила и пошла за ней следом.
- Пойду, в глаза ей посмотрю, - со злостью ответила та, поворачиваясь на одно мгновение в сторону Лиды.
- Да нужна она тебе? – Лида догнала уже Зину и шла рядом с ней быстрым шагом, еле поспевая.
Завернув в проулок и пройдя несколько домов, обе женщины оказались уже возле того самого дома, рядом с которым стояли две рябины, увешанные красными ягодами.
Зина открыла калитку, стремительно влетев во двор своей бывшей свекрови, проходя мимо гавкающей на цепи собаки. Услышав, что на заднем дворе кто-то гремит тазами, Зина сразу же направилась именно туда, не став проходить в дом.
- Скажите, это вы в опеку звонили? – обрушилась молодая женщина на взрослую даму, копошащуюся у бочки с водой.
- Ох, напугала, - Екатерина Фёдоровна схватилась за сердце, напуганная таким неожиданным появлением, - а коли и я, то что?
- Да вы что, ка же так можно, это же внуки ваши! Они же сейчас без мамки, им же плохо. Вы не видели, как Кристинка кричала, как она плакала, когда её забирали? У вас сердца нет! – Зина выкрикивала каждое слово, надрывая свои связки так, что вены на шее у неё раздувались до предела.
- Чего ты кричишь тут, бесстыжая, - пронять Катерину жалостью было невозможно, она калач тёртый в этом отношении и могла заткнуть любого одним своим взглядом, а уж если женщина начинала кричать, то сравниться с ней не мог никто, - на черта они тебе? Ты же всё плачешься, что денег у тебя нет детей растить. Сама же говорила, плакалась у меня тут сидела, так я помочь тебе решила. Всё, теперь живи спокойно, нет детей, нет проблем.
Выдержки Екатерины Фёдоровны можно было только позавидовать. Она стояла у бочки, держась одной рукой за большую железную бадью, другой же махала, что было сил, добавляя жесты к своей речи.
- Вы и сюда пришли, раскудахтались, как курицы, - на крик из дома вышел Андрей.
- Она наших детей в опеку сдала, - тут же сообщила Зина своему бывшему мужу новость.
- Не сдавала она никого, просто сообщила, что тебе тяжело, вот и пожаловала опека, выручить тебя. Ты же сама говорила, что дети могут замёрзнуть в зиму, твои же слова? – Андрей стоял напротив и ждал ответа.
- Так я у тебя помощи просила, я тебе так говорила, чтобы ты помог, а вы вот значит, как со своей мамашей сговорились, - на её лице и следа от слёз не осталось, Зина была в ярости.
- А что я тебе, миллиардер что ли, все твои проблемы решать? У меня своих много, - тут же парировал Андрей.
- А дети – это не твои проблемы? – нашла, что ответить Зина.
Перепалка закончилась ничем, Зине так и не удалось воззвать к совести Андрея и его мать, поэтому она удалилась, высказав всё наболевшее и с обидой пошла прочь.
***
Уснуть Зина не могла долгое время, луна беспардонно заглядывала в окно к молодой женщине, будто назло светя ей ярко прям в лицо. Она легла в кровать, когда было ещё светло, свернувшись калачиком, поджав ближе к себе колени. Слёз не было, только где-то в груди, там, где может быть и находилась та самая душа, что-то отдавалось сильной болью, будто выворачивая наизнанку.
Зина лежала лицом к окну, вовсе не думая о том, зачем тут такая яркая луна, она будто не замечала ни её, ни то, что наступила ночь и в доме становилось прохладно от того, что печь Зина так и не затопила. Только, когда стемнело совсем, Зина смогла уснуть.
Ей снилось пшеничное поле, она шла по земляной дороге, расположенной между двумя полями. Зине было совсем мало лет, может от силы пять или чуть меньше, она наступала босыми ногами на пыльную дорогу, чувствуя кожей что-то очень горячее.
Рядом шла женщина, Зина подняла глаза и встретилась взглядом с ней, это была мама. Светлые волосы её рассыпались по плечам, на голове был венок из сплетённых только что одуванчиков, ровно такой же, какой был и у Зины на голове.
Она знала точно во сне, что это её мать, хоть в жизни и не помнила практически её образ. Та крепко держала девочку за руку, было ощущение, что никогда эта женщина рядом не отпустит руки и не исчезнет из её жизни. Неожиданно голубое и чистое небо сменилось тёмными тучами, затягивая всё небо, а затем раздался гром. Зина подняла голову, рассмотрев, как молния будто разделила весь небосвод на две части.
Затем она опустила голову вниз, ища защиты в глазах той, что только что крепко держала её за руку, но матери рядом не было. Дикий страх охватил девочку. Она то в ужасе поднимала голову наверх, устремляя свой взгляд на тёмное небо, издающее страшный грохот, то опускала вниз, ища глазами мать, которая исчезла в одно мгновение в неизвестном направлении.
Зина проснулась в поту, резко присев на кровати, с ужасом осматривая пустую комнату, где не было слышно привычного детского сопения. На улице шёл дождь, который неизвестно откуда появился за столь короткое время. Луны теперь не было видно, поэтому в комнате было очень темно.
Светя телефоном, который лежал рядом, Зина дошла до выключателя, пытаясь включить свет, но тот никак не реагировал на её прикосновение. У них в деревне так бывало часто и во время грозы электричество отключалось. На этот случай у Зины всегда были приготовлены свечи, лежавшие на подоконнике в спальне.
Уже через минуту на кухонном столе расположилась свеча, а Зина неожиданно почувствовала, что ей холодно. Сначала по телу будто бегали мурашки, доставляя дискомфорт, затем она почувствовала прохладу, позже всё тело пробил сильный озноб, а через какое-то время её уже лихорадило.