— Алин, ты маме деньги перевела?
Алина напряглась. Вот оно. Началось. Она знала, что этот разговор неизбежен, как смена времён года или повышение цен на гречку.
— Витя, ну… я хотела, но...
— Как это «хотела»?! — голос мужа стал громче. — Мы же договаривались! Отцу семьдесят, юбилей, ресторан! Мама всё организует, а мы должны были помочь с оплатой. Тридцать тысяч — это наша часть!
Алина перевернула котлету, и та зашипела на сковородке, словно поддерживая её возмущение. Тридцать тысяч. Тридцать. Когда они сами только-только кредит за машину закрыли, а тут ещё ремонт в детской маячит...
— Витюнь, мне Ленка твоя звонила вчера, — Алина говорила медленно, осторожно. — Сестра твоя.
— При чём тут Ленка?
— При том, что она уже перевела матери шестьдесят тысяч. Шестьдесят, Вить! На тот же самый юбилей.
Виктор моргнул. Потом ещё раз. Алина почти видела, как в его голове шестерёнки начали крутиться, скрипеть и пытаться сложить два плюс два.
— Шестьдесят? — переспросил он неуверенно. — Ну, может, она хотела побольше помочь. У них с Олегом бизнес хорошо идёт...
— Витя, — Алина выключила плиту и повернулась к мужу. — Подумай головой. Ресторан на тридцать человек — максимум тысяч Семьдесят. Твоя мама уже взяла с Ленки шестьдесят, с нас просит тридцать. Это уже девяносто. А сколько она сама вложит?
Молчание.
— Может, она хочет по-королевски всё сделать?
— А может, — Алина присела на стул напротив, — твой отец вообще не хочет никакого юбилея в ресторане?
— Что ты несёшь?!
— Я несу правду, которую Ленка мне вчера выдала. Она же звонила твоему отцу. И знаешь, что он ей сказал? «Какой, к чёрту, ресторан? Я хотел на рыбалку поехать на выходные, а Галя мне мозги делает этим юбилеем!»
Виктор побледнел. Алина видела, как муж пытается переварить информацию, которая категорически не лезет в привычную картину мира. Его мама — Галина Петровна — была женщиной, как бы это помягче... экономной. Нет, не жадной, упаси господи, но деньги любила. Считала до копейки. И вот такая мастерица учёта вдруг собирает на юбилей суммы, явно превышающие бюджет мероприятия?
— Ленка что-то путает, — пробормотал Виктор, но уже без прежнего напора.
— Витюнь, давай я тебе позвоню твоему отцу? — предложила Алина и потянулась к телефону.
— Не надо! — муж выхватил у неё трубку. — Я... я сам разберусь.
Но разбираться он явно не хотел. Виктор метался по кухне — три шага вперёд, три назад. Алина молча наблюдала. Двадцать лет замужем научили её одной простой истине: иногда мужу нужно просто дать время дойти до очевидного самостоятельно. Если начнёшь торопить — взбрыкнёт и уйдёт в глухую оборону.
— Ладно, — наконец выдохнул Виктор. — Допустим, Ленка права. Допустим, папа не хочет юбилей. Но это же не значит, что мама деньги... на что-то своё... она же не может!
Алина встала, подошла к мужу и обняла его. Бедный Витька. Для него мама всё ещё была непогрешимой, как икона в красном углу. А тут такое.
— Пойдём к ним завтра? — предложила она. — Просто в гости. Поговорим.
— Поговорим, — эхом повторил Виктор и уткнулся лбом ей в плечо.
На следующий день они приехали к свёкру и свекрови после обеда. Галина Петровна встретила их с таким радушием, будто дорогих гостей.
— Витенька! Алиночка! Как я рада! Проходите, проходите, я пирог только из духовки достала!
Пирог и правда пах божественно. Алина устроилась за столом, а Виктор неловко топтался у двери.
— Мам, а где папа?
— Да в гараже возится, где ж ему ещё быть, — Галина Петровна махнула рукой. — Вечно там пропадает. Вить, иди позови, а то остынет всё.
Виктор вышел, а свекровь принялась нарезать пирог на аккуратные треугольники. Алина смотрела на эти точные, выверенные движения и думала: как же всё-таки устроена человеческая душа? Вот печёт женщина пирог, встречает семью с улыбкой, а сама...
— Галина Петровна, — начала она осторожно, — а как там с юбилеем? Всё уже готово?
— Ох, доченька, столько хлопот! — свекровь всплеснула руками. — Ресторан заказала, меню согласовали, музыкантов нашла — такие профессионалы! Правда, дорого всё нынче. Но что поделать, раз в жизни семьдесят лет.
— А Виктор Иванович рад?
Галина Петровна на секунду замерла, потом продолжила резать пирог с ещё большим энтузиазмом.
— Рад, конечно. Мужчины же все скромные, не показывают. Но я-то знаю — приятно ему будет.
В этот момент в дом вошли Виктор с отцом. Виктор Иванович — высокий, жилистый мужчина с морщинистым загорелым лицом — выглядел так, будто только что поймал самую большую щуку в своей жизни. Счастливый, довольный, в масляных пятнах.
— О, гости! — обрадовался он. — Алинка! Давно не были!
Они уселись за стол, Галина Петровна разлила чай, и началась обычная беседа о том о сём. Работа, погода, соседи... Алина ждала. Виктор тоже явно собирался с духом. Наконец он не выдержал.
— Пап, ну как ты там... к юбилею готовишься?
Виктор Иванович поперхнулся чаем.
— К какому юбилею? — спросил он, когда откашлялся.
Тишина.
— К твоему, пап, — Виктор говорил тихо, но твёрдо. — Тебе же семьдесят. Ресторан, гости...
— Витя, я же Гале сто раз говорил, — отец виноватым тоном посмотрел на жену, — не хочу я никакого ресторана. Хочу на Оку съездить, три дня порыбачить. Вот и весь юбилей.
Галина Петровна покраснела.
— Виктор Иванович, ты чего говоришь! Мы же всё обсуждали!
— Галь, мы ничего не обсуждали. Ты решила, объявила, и всё. А я что, манекен, что ли? Я на рыбалку хочу, а не в костюм наряжаться и улыбаться твоей Клаве, которую я последний раз двадцать лет назад видел!
— Мам, — вмешался Виктор. — Ты уже собрала с нас с Ленкой шестьдесят тысяч. На что?
— Как это на что?! На юбилей!
— Который папа не хочет?
Галина Петровна встала из-за стола. Руки её дрожали.
— Значит, так, — начала она, и Алина поняла: сейчас будет всё. — Я сорок лет в этом доме пашу! Готовлю, убираю, стираю! Мне за это кто-нибудь спасибо сказал? А? А я хочу на юг! На море! Я хочу две недели не видеть эту кухню, этот гараж, эту рыбу вонючую, которую он каждые выходные таскает!
— Мам, так бы и сказала! — Виктор вскочил. — Сказала бы: хочу в отпуск, давайте скинемся! Мы бы и скинулись!
— Не скинулись бы, — отрезала Галина Петровна. — Сразу начали бы: а почему так дорого, а может, в Подмосковье, а вот у нас кредиты... Я знаю!
— Потому что ты врала! — голос Виктора сорвался на крик. — Ты врала про папин юбилей! Собирала деньги обманом!
— Я мать! Я имею право!
— На что?! На то, чтобы из нас деньги выманивать?!
Алина смотрела на разворачивающуюся ссору и понимала: надо вмешиваться. Сейчас.
— Галина Петровна, — она встала и взяла свекровь за руку. — Сядьте. Давайте спокойно.
Та послушно опустилась на стул. Виктор Иванович сидел, уставившись в пустую чашку. Виктор тяжело дышал, пытаясь успокоиться.
— Галина Петровна, — продолжила Алина, — вы устали. Это нормально. Это правда. Но вы должны были сказать. Честно. А не придумывать юбилеи и манипулировать детьми.
— Я не манипулировала! — вспыхнула та.
— Манипулировали, — спокойно возразила Алина. — Вы знали, что на юбилей Виктор Ивановича деньги дадут без вопросов. А на ваш отдых стали бы спорить. Так?
Галина Петровна отвернулась к окну.
— Так, — тихо сказала она. — А что мне оставалось? Всю жизнь для всех, а себе — ничего?
— Мама, — Виктор присел рядом, — да поехала бы ты. Но без вранья. Если бы ты сказала: хочу на море, я бы...
— Ты бы начал считать, что у меня пенсия есть, что папа мог бы подзаработать где-то, — перебила его Галина Петровна. — Я знаю, как это бывает. Видела уже.
— Так может, хватит на всех смотреть через призму денег? — неожиданно подал голос Виктор Иванович. — Галь, ты же в последние годы только и делаешь, что считаешь, кто сколько нам должен, кто сколько дал. Ленка квартиру купила — ты месяц дулась, что нам не помогла с ремонтом. Витька машину взял — ты сразу: а почему нас не подвезли на дачу в прошлые выходные...
— Это всё неправда!
— Правда, мам, — тихо сказал Виктор. — Я просто не хотел замечать. Но Алина правильно говорит — давайте честно. Хочешь на юг — поезжай. Я дам денег. Но возвращай Ленке деньги. Это нечестно было.
— И никакого ресторана, — добавил Виктор Иванович с облегчением. — Я на Оку. Витёк, составишь компанию?
— Пап, я не рыбак.
— Научу!
Галина Петровна сидела, и по лицу её текли слёзы. Алина обняла её за плечи.
— Поедете в Анапу? — спросила она мягко. — Там летом хорошо.
— В Анапу, — всхлипнула свекровь. — Я там девочкой была. Так хотела вернуться...
— Поедете, — твёрдо сказал Виктор. — Деньги я дам. Договорились?
— Договорились, — прошептала Галина Петровна.
А вечером, когда они ехали домой, Виктор вдруг рассмеялся.
— Чего ты? — удивилась Алина.
— Да так... Думаю, как это у нас в семье всё... весело...
— Ненормальная семья, да?
— Самая нормальная, — Виктор взял её за руку. — Просто нам надо чаще разговаривать. Честно. Без масок.