Мне добрый читатель пишет тут, что насчитал у меня 28 книг. Я так испугался (очень много!), что решил пересчитать. Считал я ночью, засыпая, и всё время сбивался. Утром на свежую голову еще раз попробовал…
Нет-нет, столько пока нет.
На самом деле скоро у меня своеобразный юбилей. В 2004 году в сдвоенных номерах журнала «Север» за январь-февраль (№ 1-2) вышел мой первый роман «Патологии».
То есть сразу после ближайшего Нового года, если б я имел интерес ко всяким круглым датам, я бы отпраздновал 20 лет незатейливой, но настырной работы на литературной ниве.
За 20 лет я выпустил 25 книг.
Сборник рассказов «Собаки и другие люди» как раз и стал двадцать пятой.
Итак.
На сегодняшний день имеются в багаже 5 романов:
«Патологии»;
«Санькя»;
«Черная обезьяна»;
«Обитель»;
«Некоторые не попадут в ад».
5 биографий:
«Леонид Леонов. Подельник эпохи»;
«Непохожие поэты: Мариенгоф, Корнилов, Луговской»;
«Взвод. Офицеры и ополченцы русской литературы»;
«Есенин. Обещая встречу впереди»;
«Шолохов. Незаконный».
Книга литературной критики:
«Книгочёт. Путеводитель по литературе “нулевых”».
Донбасская публицистическая трилогия:
«Не чужая смута»;
«Всё, что должно разрешиться»;
«Координата Z».
Книги очерков:
«Я пришел из России»;
«Это касается лично меня. Terra Tartarara»;
«Летучие бурлаки»;
«Истории из легкой и мгновенной жизни»;
«Имя рек. 40 причин поспорить о главном».
Книги рассказов и повестей:
«Грех»;
«Ботинки, полные горячей водки»;
«Восьмёрка»;
«Семь жизней»;
«Ополченский романс»;
«Собаки и другие люди».
Практически все эти книги ежегодно переиздаются или допечатываются и в данный момент тоже находятся в продаже (кроме «Книгочёта», но его тоже скоро переиздадим).
Выходили еще несколько компиляций из разных книг («К нам едет Пересвет», «Дорога в декабре», «Грех и другие рассказы»), сборник интервью с писателями («Именины сердца»), биографический сборник авторства журналиста Людмилы Зуевой из моих интервью, писем читателей и литературной критики, мне посвященной («Родная речь») – но всё перечисленное, строго говоря, либо не может считаться отдельными книгами, либо вообще ко мне отношения не имеет (как в случае с «Родной речью»: там просто моя фотография на обложке многих вводит в заблуждение).
Так что вот.
Предыдущие 24 книги активно переводились; существуют переводы моих сочинений примерно на 25 языков, многие романы выходили сразу в 5–7 переводах на основные мировые языки, но в 2014 году разгон этот поубавился (не по моей вине), а в 2022 году, в феврале, и вовсе прекратился. (Франция и Сербия сдались последними.)
Впервые за 20 лет новая моя книжка «Собаки и другие люди» не переводится вообще ни на какой язык. «Международный преступник», «культура отмены», то-сё. На европейские ярмарки теперь ездят другие писатели, которые помиролюбивее меня.
Поэтому люди, которые рассказывают в Сети, что я уехал в Донбасс, «чтоб лучше продавать свои книги», – они не просто злые, они дураки. С 2016 года со мной не работает ни один иностранный агент, при том что еще в 2015 году я был натуральной международной знаменитостью, выступая на одних площадках с Бегбедером, Уэльбеком, Барнсом и Памуком и побивая иных нобелевских лауреатов и по количеству журналистов, приходящих на мои встречи, и по длине километровых очередей за автографами. Нынче ж все мои издатели в двух десятках стран напрочь забыли мой мэйл, и ни одна в мире ярмарка не рискнет меня позвать. Да я и не поеду, ибо могу никогда не вернуться назад и стать в лучшем случае автором еще одной книги – «Тюремный дневник».
Ну ничего. Жизнь долгая, есть вещи несравненно более важные, чем внимание переменчивых европейцев и прочая суета. В конце концов давно пора прорубать огромную дверь в Африку, в Индию, в Латинскую Америку – и делать с ними общее литературное, кинематографическое, музыкальное поле обитания. Они заждались. Да и мы про них совсем забыли.
Но теперь, Бог даст, вспомним.
Спасибо всем, кто был рядом все без малого 20 лет или присоединился по пути.
Всем добра, всем радости.