Вчера 19.12 особисты праздновали свой проффесиональный праздник! Сегодня 20.12 отмечается день ЧК или по полному названию День сотрудника оганов безопасности! Предлагаю прочитать епост моей статьи, а всех причастных к этим датам с праздником!!!
Прослужив полгода срочной службы и уже сдружившись между собой, мы водители бронетехники, кто не читал и не знает, напомню, что у нас в роте охраны было 6 БТР 70 и один БДМ-2, понесли первую "потерю". Водитель командирского БРДМа как теперь модно говорить с позывным Ряба, что было созвучным с фамилией Рябов, с лёгкой руки нашего ротного был назначен в особый отдел нашего гарнизона, возить особистов на полуармейском УАЗе 469. Вы спросите почему на полуармейском? Был ряд отличий, во первых номера на машине были сугубо гражданские, тоесть чёрные цифры на белом фоне, во вторых УАЗ был не на редукторных мостах, а на так называемых колхозных, которые были более скоростные, ну по крайней мере так считается и в третьих изнутри тент был в два слоя утеплён синими армейскими одеялами. Выбор на Рябу был не случайным, во первых он возил нашего ротного и тот естественно перед особистами не мог не поручиться за своего солдата, учитывая какие последствия мог вызвать залёт бойца и думаю особисты с нашего ротного спросили бы по полной не дай бог если что то он накосячил. Самым главным аргументом я считаю была открытая категория "В" в его удостоверении шофёра, у меня такой категории как и у многих моих сослуживцев не было. Я хоть и закончил техническое училище по специальности шофёр/автослесарь и в отличие от окончивших курсы от военкомата имел неплохие знания об устройстве и ремонте автомобилей, но легковушек у нас не было и открыть до призыва в армию категорию "В" не представлялось возможным! Должен отметить, что за прошедшие полгода Ряба вместе с нами с лихвой познал все тяготы и лишения военной службы, был надёжным товарищем и по совместительству моим другом. Он по прежнему "снимал" кровать в нашей роте, приходил в столовую правда очень редко вместе с ротой, а в основном питался он в так называемом расходе, там питались дневальные, которые оставались в роте во время отсутствия личного состава и иногда нам удавалось уговорить нашего старшего техника малость задержать нас в автопарке под предлогом неотложных дел по ремонту и обслуживанию бронетехники. Еда была таже самая, разве что можно было попросить добавки и вторую порцию компота, но это для нас прокатывало только в обед, а для Рябы в любое время суток. Уазик у него всегда был в идеальном состоянии, в отличии от нас носивших постоянно ХБ, т.е. хлопчатобумажные штаны и гимнастёрку, правда гимнастёрка это та часть верхней одежды которая снималась через голову а наша растёгивалась сверху до низу, он носил комплект ПШ полушерстяной. Такой же комплект носил только водитель нашего комбата, правда у нас водителей роты помимо повседневной формы у каждого был так называемый танковый комбинезон зимний и летний чёрного цвета. У Рябы ПШ был тоже своего рода комбинезон, как говорится почувствуйте разницу! За всю службу мне только пару раз удавалось посидеть за рулём в салоне его Уазика, что мне сразу бросилось в глаза это миниатюрная по сравнению с БТРом педаль газа , да все элементы управления казались игрушечными. Служба у водителя особистов была насыщенная, он постоянно находился в разъездах, возил их по подмосковью и зачастую бывал в самой столице, он мало рассказывал о том где он бывал, но об одном объекте мы знали точно ещё из уст старослужащих. Объект этот был так называемым "почтовым ящиком" что там было и чем занимались нам неведомо, но мы точно знали , что там есть магазин военторга, где всегда можно было преобрести зефир в шоколаде и лимонные дольки в круглой картонной банке, что было непременнным атрибутом каждого уважающего себя дембеля. Мы знали что Ряба бывал на том объекте раз в неделю и поэтому он заранее принимал заказы на покупку дефицитных по тем меркам товаров. Перед увольнением в запас я тоже обратился к нему с подобной просьбой и на свой дембель я уехал с кожанным дипломатом в котором кроме дембельского альбома были коробка зефира и банка лимонных долек. Самым главным было то, что в том "почтовом ящике" был как раз настоящий почтовый ящик, ну тоесть попросту отделение почты и мы пользовались этим ящиком передавая нашему Рябе фотографии которых в принципе у нас быть не должно по подписке о неразглашении, нам запрещалось фотографировать что либо без ведома офицеров, поэтому многоие мои армейские фото которые вы видели в моих публикациях были переправлены домой вот таким хитрым способом, а фотографии печатал мой второй армейский друг Саня Алексеев, который был тоже водителем БТР 70 в первом взводе, а по совместительству фотографом нашего батальона. В батальоне была жёсткая военная цензура и все письма, ну или почти все прочитывались. Врагов у Рябова не было даже со стороны старослужащих, так как дураков создавать себе проблемы у особистов не было. Дембельнулся Ряба в первую партию, он заблаговременно подготовил себе замену и уволился со спокойной душой, что стало с ним на гражданке я не знаю, в дальнейшем наши пути разошлись. Хочу немного рассказать о военной цензуре, сам я был непосредственным участником её воздействия. Дело было так, по прибытию в часть с нас была взята подписка о неразглашении о том , чем являлась наша часть на самом деле, кто не читал или впервые на моём канале, напомню, что в 1985 году наша часть относилась к войскам КГБ СССР, а носили мы форму инженерных войск, ну так вот моим родственникам интересно чем мы занимались в армии и я в очередном письме на родину написал, мол смотрите телепередачу про инженерные войска которая тогда называлась "Служу Советскому Союзу". Письмо моё перед отправкой внимательно прочитал военный цензор и доложил моему ротному, письмо благополучно ушло ко мне домой, а вот ротный отметил мою смекалку в описании элементов службы приведя меня в пример перед всем строем нашей роты, чем меня обескуражил, но я конечно вида не подал. Такими моментами запомнились мне 2 года срочной службы осень 1984-1986 года.
Пишите коментарии, заходите на мой канал.