Вместо предисловия:
из Википедии :
частично автобиографическая повесть, написанная Михаилом Булгаковым в 1922—1923 годах. При жизни писателя повесть ни разу не публиковалась целиком, в настоящее время часть текста утеряна.
(https://yandex.ru/search/)
Сюжет
Сюжета нет. Разрозненные дневниковые записи то ли молодого врача, то ли писателя.
Но какие записи!!!
После них совсем по-другому видишь и Булгакова, и его жизнь. И принимаешь его взгляды на эту жизнь.
Что же скрепляет текст "Записок на манжетах"? Даты, соотносимые с биографией писателя : 1922 – 1923 годы.
Однако, углубляясь в знакомство с текстом, начинаешь понимать, почему Википедия оговаривает, что произведение "частично автобиографическая повесть".
Частично, потому что какие-то биографические факты жизни героя совпадают с биографией писателя Булгакова.
Освобождённого от воинской повинности (ещё в 1916 году) героя насильно призывают врачом в Добровольческую армию. Вместе с этой армией он отступает до Владикавказа и вдруг теряется... Буквально... Теряет свою команду, заболевает возвратным тифом с температурой в 41 градус… Но живуч, правда, очень голодает.
Весной 1920 года, выздоровев, Булгаков начал работать в подотделе искусств наробраза — подотделом руководил друг Булгакова писатель Юрий Слёзкин. Уволили обоих уже осенью 1920 года, а Булгакова ещё и с пометкой "бел." (белогвардеец)
После выздоровления во Владикавказе появились его первые драматургические опыты. Двоюродному брату он писал год спустя – 1 февраля 1921 года:
Я запоздал на четыре года с тем, что я должен был давно начать делать — писать.
Но вернёмся назад, на Кавказ... С 15 (28) февраля 1920 года во Владикавказе начала выходить новая ежедневная беспартийная политическая и литературно-общественная газета "Кавказ". В числе сотрудников газеты впервые встречается фамилия Булгакова. Неизвестно, что успел Булгаков опубликовать на её страницах, но сотрудничество, по всей видимости, было непростым. Через много лет он сказал:
Пережил душевный перелом 15 февраля 1920 года, когда навсегда бросил медицину и отдался литературе.
Во Владикавказе появились первые драматургические опыты Булгакова — всего он написал пять пьес. Летом 1920 года во Владикавказе шли спектакли по пьесам Булгакова "Самооборона" , "Братья Турбины", "Сыновья муллы"
В мае 1921 года Булгаков выезжает через Баку в Тифлис, а оттуда в Батум и через Киев в Москву
Это биографические факты.
Будем разбираться, почему всё же о произведении сказано "частично автобиографическая повесть ".
"...частично автобиографическая повесть... "
Почему частично? На факт биографии писателя, например, болезни, накладываются эмоции ЛИРИЧЕСКОГО ГЕРОЯ. Рождается образ, который становится читателю ближе и понятнее :
– ужасно! Опять сорок и пять!
– пузырь со льдом!
– Доктор, я требую… немедленно отправить меня в Париж Не желаю больше оставаться в России…
Тьма. Просвет. Тьма… просвет. Хоть убейте, ничего не помню…
Голова! Голова!<… >
Просвет…тьма. Просв… нет, уже больше нет!
Ничего не ужасно! И… всё – уже всё равно. Голова не болит. Тьма и сорок один и одна…
Интересно, что бред или сюр не кончаются с болезнью. Вот герой приходит на место работы и… НИЧЕГО! Ни отдела, ни комнаты, ни столов, ни стульев. Поиски отдела похожи на абсурдный сон. Но его необходимо найти. Отдел – это зарплата… это прожиточный минимум.
Три дня так прошло. Через три дня все восстановлены в правах, написаны новые ведомости… Я против смертной казни. Но если madame Крицкую поведут расстреливать, я пойду смотреть.
Как в этом бедламе героям удаётся сохранять юмор и человеческое в себе. Вот из второй части (глава "Дым и пух ") :
Я всегда говорил, что фельдшер Голендрюк – умный человек. Сегодня ночью он пропал без вести. Но хотя вести он не оставил, я догадываюсь, что он находится на пути к своей заветной цели, на пути к железной дороге, на конце которой стоит маленький городок. В городке его семейство <…>
Начальство приказало мне "произвести расследование". С удовольствием. Сижу на ящике с медикаментами и произвожу.
Результат расследования: фельдшер Голендрюк пропал без вести в ночь с такого-то на такое-то число. Точка.
Или… глава "Эшелон готов"
Пьяны все. Командир, казаки, кондукторская бригада и, что хуже всего, машинист. Мороз (-18). Теплушки как лёд. Печки ни одной. Выехали глубокой ночью. Задвинули двери теплушки. Закутались во что попало. Спиртом я сам поил всех санитаров (не пропадать же людям, в самом деле!) Колыхнулась теплушка, залязгало, застучало внизу. Покатились…
Не помню. как заснул, как я высочил… Но зато ясно помню, как я, скатываясь под откос, запорошенный снегом, видел, что вагоны с треском раздавливало, как спичечные коробки. И… в мутном рассвете сыпались из вагонов люди. Стон и вой. Машинист загнал, несмотря на сигнал семафора, эшелон на встречный поезд…
А дальше в тексте проступает настоящее лицо лирического героя, и как аналогия возникает в памяти произведение ещё одного классика, Л.Н. Толстого, воевавшего почти в этом же возрасте, но почти на сто лет раньше, и описавшего свои впечатления от сражений в Севастополе. Эти рассуждения до сих пор считаются образцом гуманизма.
Но разве текст Булгакова слабее по накалу? К войне, описываемой Михаилом Афанасьевичем, добавляются ноты Апокалипсиса, крушения привычной жизни простых людей. Отчего картины его войны ещё страшнее и бессмысленнее. Безумные пляски смерти...
Довольно глупости, безумия. В один год я перевидел столько, что хватило бы Майн Риду на десять томов…
Но я не Майн Рид, я не Буссенар… Я сыт по горло и совершенно загрызен вшами. Быть интеллигентом вовсе не значит обязательно быть идиотом… ДОВОЛЬНО!
Проклятие войнам отныне и вовеки!
Вместо заключения
И к тексту "Записок на манжетах", и к моим читательским размышлениям о произведениях Михаила Афанасьевича Булгакова вообще, вот такая цитата :
Я всегда пишу по чистой совести и так, как вижу. Отрицательные явления жизни в Советской стране привлекают мое пристальное внимание потому, что в них я инстинктивно вижу большую пищу для себя (я — сатирик)