Глава 35.
Для Марины найти медведя стало идеей фикс, она думала об этом постоянно. Но не стала делиться своими мыслями с Петром, вряд ли он бы этому сильно обрадовался, поэтому решила действовать сама.
Тут, как раз Матрёна ответила. Она помнила про свёрток, который ей передал Пётр на хранение, знала, что в нём отцово наследство. Но не вернула, когда он к ней заявился от Полины после поединка.
Почему? Сама не могла объяснить. Нет, конечно, не позарилась на чужое добро, - не в нём настоящее счастье, да и стара она для того, чтобы на золото повестись, а там было именно оно! Однако что-то остановило от того, чтобы напомнить, а Пётр ни о чём не спрашивал…
- Петенька, бабуля не знает, ни про какое наследство, ты ничего не оставлял ей и не говорил, - соврала девушка, а письмо Матрёнино выбросила…
Сама же придумала правдоподобную идею с преддипломной практикой на месяц в другой город, пообещав вернуться к новогодним праздникам. Родители сначала усомнились, но потом поверили, а любимый пригорюнился совсем от таких вестей. Последние дни много нервничал и, в конце концов, засобирался на родину:
- Мариш, что я тут один делать буду? Медведи всё равно в спячке, меня отпустят легко, да и домой хочу, соскучился.
- Поезжай, конечно, - легко согласилась девушка, - скучать буду по тебе ужасно… - и даже не подумала спросить, у кого он планирует остановиться. Не в лесной же избушке?
Так и вышло, сначала он уехал, а за ним и Марина, только не на практику, а на поиски зверинца. Предварительно написав Матрёне, что Пётр может заявиться к ней нежданно-негаданно…
***
Матрёна готовилась к обряду. Надо было вызывать Медвежьего Бога, иначе не разобраться. Её грызли сомнения ещё с того момента, как в районе, куда она поехала к больному, попалась Полина возле женской консультации. Как так могло получиться, что женщина до сих пор носила медвежьего ребёнка?
Значит, медведь жив! Бегает где-то по лесам. Почему тогда проклятье закончилось? Последнее письмо от внучки лишь добавило сомнений.
«Если Пётр едет за своим свёртком, зачем надо было спрашивать через Марину, не знаю ли я о наследстве? Значит, сам не уверен, что оно у меня? Тогда, получается, что не он его и оставлял! А Пётр ли это, всё-таки? Или всё это время Михаил под личиной Петра творит зло? Тогда, это несправедливо! Какой же это честный суд?!» Но ещё страннее и непонятней было то, почему она приняла Михаила за Петра?
Старушка ещё с первого знакомства с Михаилом, на каком-то только ей понятном глубинном уровне, почувствовала в нём зверя, которого в Петре не было совсем. Её не впечатлила их одинаковая внешность, для Матрёны они были абсолютно разными.
Если у Марины всё это время находится Михаил, выходит она своими руками туда его и отправила?! Но, как? Куда пропало чутьё?
«Старею», - думала бабка Матрёна. «Или есть сила, сильнее моей, что покровительствует этому медведю? Марина – внучка дорогая живёт в обмане и не замечает этого? Или всё-таки это Пётр?» - вот с такими вопросами она и хотела обратиться к Медвежьему Богу. Да уж больно он строптив и своенравен, ответит ли?..
За окном быстро стемнело, метель накидала огромные сугробы, зима уже больше месяца, как вступила в свои права и хозяйничала на многие тысячи километров. Особенно здесь в Сибири. Всякий зверь уже устроил себе нору или берлогу, или иное укрытие и не высовывал носа особенно в такие метельные ночи. Холодно…
На столе у бабки Матрёны горела восковая свеча, а в чаше дымила медвежья шерсть вперемешку с травами, ведомыми только ей. Она исступлённо повторяла какие-то странные слова и призывала важного таинственного гостя…