Высокий парень, небрежно прислонившись к стене, сузив глаза, старательно всматривался в толпу студентов, гурьбой выскочивших из душных аудиторий на свежий воздух. Всем хотелось домой. Ему тоже, но он терпеливо ждал. И готов был ждать ещё, ведь где-то там его младшая сестрёнка.
Какая-то красотка старательно хлопала ресницами, пытаясь привлечь внимание красавца, известного вздорным характером, умением махать кулаками, злым языком и чрезмерной заботой о младшей сестре. Не лучший набор качеств, но девочкам нравятся плохиши, так ведь?
Но парню было плевать. Он заметил выискиваемую цель. Идеальные зубы заскрипели от сдерживаемых эмоций. Кулаки сжались в попытке обуздать гнев: сестрёнка, его младшая сестрёнка кокетливо улыбается какому-то му… чудаку! И кто такой смелый? Придётся напомнить правила поведения.
Парень оторвался от стены и сделал несколько шагов навстречу. Перед ним расступались, его обходили, на него боялись смотреть. Но парень вряд ли даже заметил это. Как говорится: вижу цель — не вижу препятствий.
- Ой, Кир, а что ты здесь делаешь? У тебя же занятия в другом корпусе? - Миниатюрная шатенка от удивления сложила бровки домиком. У неё пухлые губки, большие, кукольные глаза, покоряющие невинностью голубых омутов, тёмные, блестящие волосы со стрижкой ”под каре” и милая привычка склонять головку набок, рассматривая собеседника. Девушка улыбается искренне, и лишь это смягчает бушующий огонь в груди того, кого назвали Киром.
- Освободился пораньше, — Кирилл заправил прядку волос за маленькое ушко, ласково отвечая на улыбку. А сам зыркает куда-то за девичью спину. - Подумал, что в такую жару тебе будет некомфортно добираться общественным транспортом. Моя машина с кондиционером в твоём полном распоряжении.
Крепкая рука по-хозяйски устроилась на хрупких покатых плечах, спрятанных под тонкой полупрозрачной сеткой модной блузки. Девушка рассеянно оглянулась на спутника, неподвижно застывшего чуть в стороне, втайне надеявшегося, что про него забыли. А, нет, надеждам сбыться не суждено.
- Мы с Денисом собирались прогуляться. И он пригласил меня в кафе на кофе и мороженое. Ты же знаешь, как я люблю его? Я не могу отказаться.
И глазками хлоп-хлоп.
Кирилл разворачивается медленно, всем корпусом. И такой угрозой от него веет, что Денис мысленно перекрестился раз двадцать, судорожно сглотнул и попятился:
- Ничего-ничего, сходим в другой раз. - И запинается, смотря на скривившиеся в острой усмешке губы. - Может быть… потом… как-нибудь…
И бежать под насмешливым взглядом одного и расстроенным другой.
Кое-кто не умеет вбирать парней. Кирилл уверен, что ни один из тех, в кого была влюблена его младшенькая, не был достойным кандидатом. Он-то точно знал. Не первый год гоняет парней, оберегая хрупкое сердечко любимой младшей сестрёнки. Парень до сих пор помнил горючие слёзки, которые он вытирал, пятилетней Кире, впервые признавшейся в любви соседскому мальчишке и оказавшуюся отвергнутой. Ох, тогда он знатно навалял пацану, сообщив утирающему кровь с разбитого носа мальчишке, что доводить до слёз сестру может только он!
И с тех пор держал слово. Но сестру плакать не заставлял, наоборот, заботился, лелеял, всячески опекал и оберегал. Даже больше, чем родители.
Приготовить так любимую сестрой курочку-гриль? Без проблем, и пусть всего одиннадцать лет и сковородка гриль весит в половину веса. Прочитать сказку, обработать разбитую коленку, поиграть в куклы, помочь с домашкой, покатать на спине, выбрать красивое платье и бантики в тон — да без проблем! Он и на большее способен! Дайте волю! Но волю приходилось держать в руках.
- Пойдём? - И потянул Киру за собой. Перед ними снова все расступались.
Родителей снова нет дома. Мама в командировке, папа на гастролях. Кирилл бросил ключи на столик, рюкзак под него и прямиком в спальню, чтобы переодеться: ему ещё ужин готовить.
Кира облегчённо выдохнула, снимая туфли на высоком каблуке, с непривычки ещё и пятку натёрла. Болит теперь всё.
- Что случилось? - Кир разворачивается моментально, обеспокоенно оглядывая сестру.
- Натёрла, — жалуется Кира и, прихрамывая, топает мимо брата. Но поравнявшись с ним, оказывается вздёрнутой в воздух: Кирилл подхватывает девушку на руки и несёт в святую святых, на двери которой золотисто-розовые замки, смешные котики и разноцветные единороги. И да, снимать их нельзя, ибо милая девчушка моментально превратится в разъярённого дракона. Не спрашивайте, у всех свои тараканы. А Кире в её восемнадцать всё ещё нравились мультики про принцесс. Впрочем, ужастики про них же, она посмотрела бы с не меньшим удовольствием. Жаль, что их не снимают. Ничего, Кирилл найдёт другой, что придётся по душе. И тогда они будут сидеть на диване, пялясь в экран глубокой ночью, а у него будет повод лишний раз обнять сестру.
- Сиди и не двигайся, — приказ, пока опускает на мягкую кровать. Появляется через пару минут с аптечкой в руках. Бережно касается ступни, обрабатывая ранку под шипение и тихие маты. Улыбается так, чтобы Кира не видела, и наслаждается. Тайно. Это потом он запрётся в комнате, будет ненавидеть себя и биться головой об стену, а сейчас наслаждается нежностью кожи, разминая затёкшие конечности.
- Хорошо-то как! - Кира откинулась на матрац. — Напомни мне в следующий раз, чтобы я так над собой не издевалась!
Он, конечно, напомнит, но кто его послушается?
- Полин, ну когда я найду себе парня? - Кира стонет в трубку, жалуясь лучшей подруге, заводя пластинку в который раз. - Они все сбегают! Сегодня Денис смылся. В прошлый раз был Виталик, Иван, Саша, Дима, Максим, Давид, Рустам. — Да девушка могла назвать с пару десятков имён! Все парни признавались в чувствах, приглашали на свидание, а потом растворялись с концами и даже на сообщения не отвечали. - Я что, прокажённая? Что со мной не так?
У Полины были мысли на этот счёт, но она предпочитала держать их при себе. Понимаете, даже между лучшими подругами могут быть секреты.
- А может, дело не в тебе? - Такой тонкий намёк по доброте душевной. Но тему развивать не стоит. Переводим в другое русло. - Мой брат приезжает из-за границы. Приглашаю на семейный ужин. Он будет рад тебя видеть.
Кира краснеет, бледнеет, снова краснее и, заикаясь, соглашается. Брат у Полины первый красавчик в стране! Не меньше! Прибавьте сюда бездну обаяния, выпирающую харизму и кучу денег. Устоять невозможно, да? Кира и не устояла, правда, тогда Никите было всего семь и у него не хватало парочки передних зубов, но кого это волновало?
- Приду! Когда, куда и какая форма одежды?
Подробные инструкции получены, наряды обсуждены и напоследок от Полины:
- Кирилла оставь дома.
Почему это?
Кира летала в облаках. Ах, какой парень… Нет, однозначно, она снова влюбилась. Теперь-то у Никиты все зубы на месте. Так что преград для их совместного счастья нет! Растаяла от нескольких комплиментов, галантного поцелуя в ручку и обрушившегося мужского обаяния. А ещё, а ещё, только тццццц — никому! — они идут на свидание! Прям завтра!
Как здесь уснуть? Кира вертелась на кровати, скидывая одеяло, не веря своему счастью. Уже завтра! Свидание… Может, они даже поцелуются? Первый в жизни поцелуй — это так волнительно!
И пока Кира не могла уснуть, Кирилл метался по своей комнате: он слышал каждое слово, да и сестра не скрывала своих эмоций, разговаривая по телефону. В голове тысяча и один план, как сорвать встречу. Осталось придумать, как их все воплотить и остаться при этом белым и пушистым. Задача не из простых. Нет, можно оставить как есть, но Никита уже раз заставил плакать младшенькую, а её слёз он не прощает. Никому и никогда. И как-то плевать на то, что этот поганец первая любовь сестры. Плевать, я сказал!
Парень приоткрывает дверь осторожно, чтобы не скрипела и прислушался. Из-за розово-золотистых замков не доносилось ни звука. Осторожно вступить на чужую территорию. Кира спала, раскинув руки в разные стороны. Одеяло валялось рядом, скинутое беспокойным сном. Кирилл поднимает его и накрывает сестру. Тонкая полоска света из коридора даёт возможность разглядеть утончённые черты красивого лица. Пальцем обводит контур, осторожно убирает растрепавшиеся пряди и застывает, не в силах оторваться от пухлых губ. Близко, слишком близко и так соблазнительно. Хочется коснуться их своими, всего сантиметр, почувствовать сладость, мягкость и нежность. Почти, давай, она же не проснётся и не узнает! Но…
Кирилл резко отскакивает. Нельзя!
- Не люби их, ладно? - Говорит тихо о сокровенном. - Полюби меня. Я буду ждать.
И речь шла совсем не о любви между братом и сестрой. Он не должен испытывать таких чувств, но ничего не мог с собой поделать. Только ненавидеть себя, страдать и отпугивать парней, пока не найдётся кто-то лучше, чем он.
- Кирилл! - Кира буквально повисла на шее. Ты же отпустишь меня в Центральный парк? Сегодня ночное представление! Несколько концертных площадок, бесплатные напитки, шикарные фотозоны и запуск небесных фонариков! Будет феерическое событие! Ну, пожалуйста! Пожалуйста! Пожалуйста!
Парень обнял сестру за талию, посадил на стол, где она начала болтать ногами и строить умильные рожицы. Отказать? Он никогда не мог сказать “нет”.
- Отпущу, но иду с тобой.
- Не-е-е-е-ет! - Кира соскользнула со стола. Грозная такая, руки в бока упёрла и думает, что кого-то напугала. - Я с Полиной и Никитой буду!
И краснеет. Всё понятно. Надеется, не только хорошо время провести, но и целоваться по тёмным закоулкам. Ну, нет.
- Идём вместе или не идёшь вообще.
Кира надулась показательно, но вынужденно согласилась. Полинка возьмёт на себя братика, пока Кира будет строить глазки Никите. Отличный расклад на вывод третьего лишнего. Или лишних уже двое?
Двое парней напротив друг друга. Давние приятели и ещё более давние соперники. Нет, про соперничество Никита ничего не знает, но как-то не приятненько получать в нос от лучшего друга, пусть даже в семилетнем возрасте.
Вокруг столько людей, что потеряться легко. Девушки активно обсуждают маршрут, желая посмотреть всё и ещё немного. А парням предстоит идти у них на поводу.
Но людей много. Две протянутые ладони. Кира смотрит на обе и не может выбрать: Никита или Кирилл? Глаза огромные от удивления, анимешки отдыхают. И выбор очевиден.
- Пошли, Полин, — и подхватывает подругу. Кира, хоть и наивна, но не дурочка. Ей конфликты не нужны. Вперёд, веселиться!
И пока девушки развлекались, отплясывая под зажигательные ритмы, парни в уверенно-расслабленной стойке.
- А ты не изменился. - Это Никита. - Всё такой же очевидный.
- А ты всё так же нарываешься на кулак. - Кирилл не остаётся в долгу.
- Чего припёрся? Никто твою малышку не съест.
- За языком следи, — совет, — а то укорочу, меньше болтать тебе на пользу.
Портить приятный вечер не хотелось, а вот испортить свидание — очень даже! Препираясь с Никитой, осматривал пространство. Как раз вовремя, чтобы заметить зажигательные танцы сёстры и её подруги в угрожающей близости к разноцветным фонтанам, бьющим из-под земли. Скоро полночь, как раз начнётся шоу. Надо успеть увести сестру.
Никита следом шагает, не отстаёт и на нервы действует.
- Ты бы от сестры отстал. Дай дышать свободно.
- Да пусть дышит. Только рядом со мной, — Кирилл огибает очередную танцующую компашку.
- Монополизировал, что ли? - Усмешка, за которую хочется снова дать в морду. Но здесь две минуты осталась до запуска фонтанов. Кто не успел, тот сам виноват. А на Кире короткое платье в цветочек из тонкого хлопка, намокнет, станет прозрачным. Зрелище не для слабонервных. А Кирилл как раз из таких, слабый перед Кирой и нервный из-за неё же.
Успевает вовремя: хватает сестру за плечи и откидывает назад с места. Прямо в объятия Никиты. А злость на самого себя не остудили даже бьющие из-под земли струи воды, моментально намочив почти полностью. Дружный смех над неудачниками со всех сторон. Это Кир может стерпеть, а вот губы соперника не щеке любимой сестрёнки — нет. Да только что он сделать может? Кира поплыла, покраснела, разулыбалась.
Правда, ровно до того момента, как увидела мокрого Кирилла, стоящего под холодными брызгами затихающего фонтана.
- Братик! Как же так? Домой! Срочно домой!
И тащит Кирилла за руки. А у того и гнев исчез. Осталось только дурацкое детское желание показать язык сопернику.
Полина к Никите подходит поближе и задумчиво так:
- А это вообще нормальные отношения между родными братом и сестрой? - Да-да, Полина не слепая. И знает чуть больше, чем хочет показать. Просто молчит для сохранения спокойствия подруги. Хотя, может, стоило рассказать. Например, о том, кто виноват, что милая Кира до сих пор одинока?
- А кто тебе вообще сказал, что они родные? - Кажется, не одна Полина хранит секреты.
- Ну что ты такой неуклюжий? - Вычитывает брюнетка брату, усаживая того на стул в гостиной и убегая за полотенцем. Это не мешает её ворчать. Ворчать на старшего — это любимое занятие. Возвращается быстро. - И чего не раздеваешься? Мокрый же как цуцик!
Берётся за края футболки и помогает снять. А сама чуть залипает на накаченный торс. Вот, у её парня будет точно такой же! И никак иначе! Отлипает быстро, но неохотно: кубики бы потрогать, но Кир, зараза такая, не даёт. А ручки-то чешутся! Зато ладошки занять другим возможно. И давай вытирать ещё мокрые волосы. Старательно, чуть издеваясь и слыша возмущённое фырканье. Хихикает.
На секунду останавливается, решая, стоит ли спину протереть, но что-то подсказывает: опасные игры. Просто чуйка на уровне инстинкта.
- А дальше сам, — полотенце на плечи. - Я чайник поставлю.
И шмыг мышкой, чтобы оказаться прижатой спиной к горячей, просто огненной груди.
Тук-тук-тук. Сердце забыло, как стучать, а потом понеслось вскачь.
- Спасибо, — тихий шёпот в самое ушко, — спасибо, что заботишься обо мне.
И поцелуй в шею легче бабочки. Кира застыла, поражённая мурашками по коже, приятной истомой и ватными ногами.
- Б-б-братик? - Неуверенно и испуганно. Да кто бы и ни испугался?
Но руки быстро разжались, освобождая тонкую талию. Будто ничего и не было. Показалось? Кира предпочла сбежать.
Прислонилась к стене на кухне, сердечко унять, мысли утихомирить. Неправильные такие, плохие. Она с ними удачно справлялась достаточно долгое время, а сегодня не смогла. Слабости поддалась. Теперь сама разгребай завалы в душе. Уже не смешно, правда?
- Кирилл, — мама позвонила среди ночи, заставив еле разлепить сонные глаза. Она в очень важной командировке. На кону сделка в миллионы долларов. Правда, Кирилл не считал, что это причина мешать спать родному сыну. - Сейчас подъедет мой секретарь, — ещё один несчастный с недостатком сна, — отдашь ему документы из сейфа. Пароль простой. - Комбинация цифр, которую и на трезвую голову запомнить сложно, а на сонную невозможно, пришлось вылезать из кроватки, брать листок и записывать. - Красная папка с золотым логотипом. Понял?
- Понял, мам, не дурак. - Кирилл широко и смачно зевнул, натянул на себя домашние шорты и босыми ногами потопал на первый этаж в маменькин кабинет. Ещё одна святыня в доме, куда вход только по пропускам и предварительной записи.
Пик, пик, пик — набирает цифры. Нужную папку несложно отыскать. Осталось дождаться секретаря и не разбудить сестру.
Знаете, говорят, “меньше знаешь — крепче спишь” или “не суй нос куда не надо”? Вот что, скажите, что мешало Кириллу следовать этим простым правилам? Нет же, любопытство сильнее всего. Тем более что мать никогда не показывала содержимое сейфа. И вот тоненькая чёрная папка магнитом притягивает, ладони жжёт, мысли волнует. Только глазком глянуть. И Кирилл решается.
“Свидетельство об усыновлении (удочерении)”.
Чёрт!
Кирилл пьёт. Много пьёт, глуша родительский коньяк. Разрывается телефон и дверной звонок. А он просто не знает, как справиться с навалившимся. Глоток, обжигающий горло. Встаёт, неровной походкой дверь открывает, папку в руки секретарю бросает и перед носом дверь, будь она проклята, захлопывает. И смску маме “Я всё знаю”.
Кира глазки трёт, на брата смотрит. А у того в руках какая-то бумажка. Она, правда, не сразу её заметила. Только после того, как голым торсом полюбовалась, оценила состояние брата, поморщила носик от алкогольных паров и высказала своё “фи”.
А Кирилл бумажку протягивает, даёт секунду на осознание и зарывает в объятия.
И Киры мир перевернулся с ног на голову, жизнь разрушилась. Слёзы на глазах. А чужие, но такие родные руки по волосам гладят, облегчение дарят, утешение. Неродная. Это потом девушка узнает, что её родители погибли в автокатастрофе, перед этим попросив лучших друзей приглядеть за малышкой пару часиков. Это потом она поймёт, почему до двух лет у неё нет ни одной фотографии с людьми, которых она считала родными. Всё потом, и поймёт, и простит. А пока опирается на старшего брата и рыдает. У того тоже слёзы. И кажется, они чем-то похожи.
Так и сидят в обнимку, пока не успокаиваются. И засыпают рядышком на узкой девичьей кровати. И снятся яркие сны, совсем не такие, какие снятся в одиночестве.
Родители приезжают экстренно, бросая дела. Не шутка: о таких вещах хорошо лично говорить, а не вот так узнавать. И находят детей в спальне. Кира к брату прижалась, голову на грудь положила, а Кирилл обнимает бережно, как величайшее сокровище, носом уткнулся в растрёпанную макушку и улыбается во сне.
Улыбка — это хорошо, да?
Пусть поспят, а поговорить и потом можно.
Кира уже не спит. Просто наслаждается близостью и возможностью кубики потрогать. Мечты сбываются. Даже самые потаённые. На душе легко. Нет, она понимает, что узнала страшную тайну, которую скрыть от неё хотели. Но не чувствует гнева или обиды. К ней хорошо относились, любили, баловали, воспитывали, ни в чём не отказывали, вон, даже шикарного старшего брата подарили! Который, ой, девочки, и не брат вовсе! А значит, и детские фантазии выйти за него замуж могут остаться не в только фантазиях. Покраснели щёчки. Где она ещё такого заботливого мужа найдёт?
Кирилл тоже не спит. Боится пошевелиться, да дыхание контролирует, пока пальчик по животу двигается, приятно щекоча.
Теперь можно не бояться собственных порывов, а открыто ухаживать, знаки внимания оказывать. И парней от любимой сестрёнки официально, а не украдкой, гонять. Особенно Никиту, а то уже сил нет его терпеть. Дело за малым: с родителями поговорить, в чувствах настоящих признаться, а потом штурмовать неприступную крепость.
У Кирилла всё по плану. А Кира просто мечтает. Только тихо и никому: она уже давно чуть-чуть в братика влюблена. Ой, забыла совсем: не братика!
- Просыпайтесь, дети! - Это мама. Смотрит так ласково, понимающе, со смешинкой и мудростью в глазах. Кажется, она тоже знает один секрет, но не расскажет никому о нём.
И она совсем не против.
Другие мои рассказы: