Всем привет! В рамках литературной дуэли между Михаилом Булгаковым и Алексеем Толстым, являющейся очередным раундом марафона "Открой школьную Вселенную"👇, ответный ход сегодня за "красным" графом Алексеем Толстым и одним из его opus magnum, "Пётр Первый". Но прежде чем обсуждать роман, давайте вспомним о жизненном и творческом пути его творца.
Родился 12 января 1883 - его года в семье предводителя дворянства Самарского уезда Николая Толстого. Когда Алёша был совсем маленьким, его мать ушла от отца к мелкопоместному дворянину Бострому. Вскоре Бостром перевëз на свой хутор и крошечного Алексея, который провёл там всё детство. Все эти годы мать бьётся за право вписать имя Алексея в родовую книгу Толстых, что необходимо для дальнейшего поступления мальчика в среднее и высшее учебное заведение. Положительное решение от Сената последовало только в 1901- ом году после смерти отца.
С 1901 по 1905 год Толстой учится в Петербургском технологическом институте, затем работает на Балтийском судостроительном пушечно - литейном заводе, постигая секреты обработки металлов и токарное дело. Параллельно посещает университетский литературный кружок, делает первые шаги в литературе - в журналах "Луч" и "Образование" печатаются его первые стихи и статьи.
С началом Первой мировой войны Толстого освободили от службы из-за проблем со здоровьем и отправили на фронт военным корреспондентом от газеты «Русские ведомости». В 1916 году он побывал в Англии и Франции, создал несколько рассказов, пьес и военных очерков — «Касатка», «Прекрасная дама», «На горе».
К Октябрьской Революции Алексей Толстой отнесся враждебно. В июле 1918 года переехал в Одессу, оттуда — в Константинополь, затем в Париж и наконец поселился в Берлине. Но в эмиграции Толстому не нравилось, и в 1923 -ем году он окончательно вернулся на родину. Начал налаживать отношения с советской властью - избрался депутатом Верховного Совета СССР и членом Академии наук, стал одним из любимых писателей Иосифа Сталина. Критика, однако, о двух его фантастических романах "Аэлита" и "Гиперболоид инженера Гарина", отзывалась достаточно холодно.
К середине 30-ых годов Толстой обращается в своём творчестве к исторической тематике - дописывает второй том трилогии "Хождение по мукам", выпускает два тома романа «Петр Первый». За это произведение он получил первую из трех своих Сталинских премий.
Когда началась Великая Отечественная, Война, Алексея Толстого с семьей эвакуировали в Ташкент. В эвакуации он не оставляет литературную деятельность - пишет множество патриотических статей, очерков и рассказов, призванных поднять боевой дух советского народа. Там же он завершает трилогию «Хождение по мукам» романом «Хмурое утро», за который получает еще одну Сталинскую премию.
В 1944 -ом возвращается в Москву, входит в состав Чрезвычайной комиссии по расследованию немецких злодеяний. Приступает к работе над третьим томом "Петра Первого", закончить который помешала смерть в феврале 1945 - ого года. В память об Алексеем Толстом объявили государственный траур. А спустя год ему посмертно присудили третью Сталинскую премию за пьесу «Иван Грозный». Давайте же поскорее познакомимся с одной из важнейших книг его творчества, романом "Пётр Первый".
Москва, рубеж 17-18 - го веков. После смерти царя Фёдора Алексеевича бояре кличут на царство его младшего брата. Петру, по сути ещё мальчишке, достаётся в наследие государство, истощëнное войнами, смутами и бунтами. Как за несколько десятилетий он умудрится превратить его в процветающую мировую державу?
Года полтора назад в серии "ЖЗЛ" я прочитал биографию Петра, написанную Николаем Павленко, переизданную десятки раз и по сей день считающуюся канонической👇. Ничего не имею против Павленко (жизнеописание Петра, написанное им, и правда великолепно), но не могу не предположить, что при написании биографии он вдохновлялся не только историческими источниками, но и романом Толстого. Потому что произведение советского классика - это то же самое жизнеописание, только разбавленное художественными диалогами. Правда, к трём ипостасям Петра, "царь - воитель", "царь - ремесленник", "царь - реформатор", Толстой добавляет ещё одну - "царь - антихрист". Эта ипостась Петра всплывает в повествовании неоднократно. И дело даже не в загулах и кутежах, устраиваемых Петром и его свитой в Кукуйской слободе, не в прелюбодеяниях при живой жене с Анной Монс, не в желании переплавить на ядра, необходимые для войны со шведами, колокола московских церквей, а в курсе на европеизацию, взятом молодым царём в попытке выйти из вековой нищеты, холопства и бездолья.
Незавидное "наследие" молодого царя, Толстой ярко описывает в одном из многочисленных лирических отступлений. "Мужик с поротой задницей ковырял кое -как постылую землю. Посадский человек от нестерпимых даней и поборов выл на холодном дворе. Стонало мелкое купечество. Худел мелкопоместный дворянин. Истощалась земля; урожай сам - три - слава тебе, Господи. Кряхтели даже бояре и именитые купцы. Боярину в дедовские времена много ли было нужно? - шуба на соболях да шапка горбатая - вот и вся честь. А дома хлебал те же щи с половиной, спал да молился Богу. Нынче глаза стали голодные, захотелось жить не хуже польских панов, или лифляндцев, или немцев: наслышались, повидали многое. Сердце разгорелось жадностью. Стали бояре заводить дворню по сотне душ. А их обуть, одеть в гербовые кафтаны, прокормить ненасытную ораву, нужны не прежние деньги. В деревянных избах жить стало неприлично. Прежде боярин или боярыня выезжали со двора в санях на одной лошади, холоп сидел верхом, позади дуги. На хомут, на уздечку шлею навешивали из лисьих хвостов, чтобы люди завидовали. Теперь - выписывай из Данцига золочëную карету, запрягай её , - иначе нет чести. А где деньги? Туго, весьма туго.(с)
Вот вам собственно и главный конфликт романа - с одной стороны деятельный "верх", не желающий править по - старому, пытающийся вытащить страну из векового болота, разлепить людям глаза, "расталкивать их под микитки", с другой - " низы", от боярства до крестьянства, не желающие жить по - новому, прощаться с пусть и опостылевшим, но таким родным и тёплым болотом. Отсюда и многочисленные смуты и стрелецкие бунты, подстрекаемые боярами и старшей сестрой Софьей.
Можно ли винить Петра в излишней ненависти к боярам и стрельцам? Он до сих пор не может простить им Красного крыльца, когда на глазах маленького мальчишки было убито множество бояр, сподвижников Нарышкиных. Не может забыть, как при виде стрелецких гонцов, пришедших в Преображенское, смалодушничал и в одном исподнем бежал в монастырь, бросив мать. Можно ли винить его в излишних подозрительности и жестокости, вытекающих в массовые казни и репрессии? Ведь "кто всем доволен, да не хочет хорошее на лучшее менять, тому - всё потерять"!(с) Толстой наглядно демонстрирует, что любовь у царя с его народом случилась далеко не сразу, и именно за это, Сталину, по слухам, нравился этот роман - первая книга его вышла аккурат в разгар сталинских репрессий.
Неотъемлемая фигура повествования - личность Александра Даниловича Меншикова, друга, соратника и сподвижника Петра. Сын царского конюха, подружившийся с Петром ещё будучи мальчишкой благодаря хитрому фокусу, Меншиков на протяженит всей своей жизни поровну делил с соратником и горести и радости, добившись небывалых для простолюдина высот.
Роман обрывается на самом интересном месте - героическом взятии Нарвы. Смерть не дала Толстому завершить его opus magnum, не позволив описать ни славной Полтавской битвы, ни масштабного строительства Петербурга (в романе оно только начинается), ни конфликта с сыном Алексеем... Но даже недописанным он выглядит как прекраснейший образчик советской исторической прозы, её жемчужина, вдохновившая несколько прекрасных фильмов о Петре I.
Влияние романа чувствуется и в современных преемниках Толстого, коими являются Захар Прилепин и Алексей Иванов (влияние романа Толстого прослеживается в его последнем романе, "Невьянская башня" - в обоих фигурируют Акинфий Демидов и Невьянские заводы). Так что Толстой, возможно сам того не желая, заложил основы добротного исторического романа, продолжаемого его наследниками в лице авторов современной исторической прозы.
Планировал я, что между Булгаковым и Толстым у меня лично будет паритет (по одному прочитанному произведению у каждого), но внезапно на глаза мне попалась короткая повесть Толстого "Детство Никиты", в детстве безмерно любимая и перечитанная несчётное количество раз. Решил перечитать её и в рамках этого марафона, а заодно заявить и в Юлином марафоне " Что - то с чем - то" в номинации "Что - то подростковое". Так что с Толстым я не прощаюсь.