Кира с сыном ужинала, когда хлопнула входная дверь. В коридоре послышалась возня и голос бывшего мужа:
— Проходи, не стесняйся. Чувствуй себя как дома.
Кира выскочила в коридор. Там снимала сапожки какая-то рыжеволосая девица.
— Это еще что такое? Макс, ты в своем уме? Приводить своих баб в дом, где живет твой ребенок, это вообще наглость! Совсем стыд потерял! Хочешь шляться — шляйся, а в дом грязь тащить не позволю!
Максим обнял девицу и сказал:
— Не ори. Это не баба, а моя невеста. И она будет жить здесь, со мной, в моей комнате. В своей комнате я имею право делать все, что хочу. И сейчас я хочу поужинать с Ликой. Вы уже освободили кухню?
Он повел показывать своей спутнице квартиру.
— Вот наша комната. Вот ванная. В ту комнату заходить не будем, там живут моя бывшая, вы только что с ней познакомились, и мой сын. А вот и он! Дима, поздоровайся с тетей Ликой.
Дима исподлобья посмотрел на тетю, спрятав руки за спину.
Кира, схватив сына, потащила его в комнату.
— Я не позволю, чтобы твои бабы тянули свои руки к ребенку. Бесстыжие! Я найду на вас управу! Я не позволю ей здесь жить!
Закрывшись в комнате, Кира расплакалась. Их с Максом отношения начали портиться почти сразу после рождения ребенка. Дима родился болезненным, и Кира все внимание отдавала малышу. Муж поначалу ворчал, требуя своей доли тепла и ласки, но со временем отдалялся все больше и больше. Кира поначалу вздохнула с облегчением, пока доброжелатели не открыли ей глаза на похождения мужа. Тогда Кира попыталась вернуть мужа в семью, но было поздно. Он потребовал развода. Также он предложил разменять квартиру, но тут Кира по совету матери воспротивилась. Мать говорила, что если разменяетесь, то всё, это навсегда. А так, ну погуляет мужик, перебесится. А ты, вот она, под боком, только руку протяни. Да и сынишка будет расти у него на глазах, все-таки не чужая кровь, глядишь, и образумится, и вернется в семью.
И вот дождалась, он привел в их дом какую-то рыжую лахудру...
На следующий день Кира поехала к матери. В красках описала вчерашний вечер и спросила:
— Что мне делать?
Мать задумалась.
— Можно, конечно, попортить им кровь. Можно жаловаться Максу, что у тебя пропало то одно, то другое... Но это может еще больше настроить Макса против тебя. Знаешь, дочь, похоже, что тебе все-таки уже не удастся вернуть Макса в семью, раз он пошел на такое. Он, конечно, Козлевич тот еще, но придется нам с этим смириться.
— Тут уж ругайся, не ругайся, — не поможет. Да еще и ребенок будет жить среди этих скандалов. Плюнь. Ты у меня умница, красавица, найдешь себе другого, не пропадешь. На твоем Максе свет клином не сошелся. Раз уж он привел в дом другую, то, даже если когда-нибудь и удастся вернуть его в семью, он об тебя ноги вытирать будет. Тебе оно надо?
Мать обняла дочку:
— Я знаю, тебе больно и обидно. Но все-таки послушай меня. Прямо завтра переезжайте с Димочкой ко мне и ищите размен.
— Но, мама, получится, что я сдалась и сбежала, а та рыжая победила!
— Нет! Ты не сбежала, как трусиха, а ушла из этого вертепа, чтобы ребенок не видел скандалов.
Кира еще немного посидела, успокоилась и поехала домой. В свой бывший дом, паковать вещи. Мать права, то, что разбилось, заново не склеить.
Прощай, Макс. Я сумею стать счастливой без тебя.
Чем всё закончилось, можно узнать здесь