Ты когда-нибудь видел самолёт, который вернулся с боевого задания с полторы сотнями дырок в корпусе, без гидравлики, с простреленными системами управления — и при этом пилот спокойно доложил по радио: «Я дома»? Я — нет. Но такие самолёты существуют. И один из них называется A-10 Thunderbolt II, а другой Су-25 Грач.
Недавно в буржуйских новостях прошла история, которая, если честно, достойна не короткой заметки, а целого фильма. А-10, прозванный «Бородавочником» (Warthog), получил во время боевого вылета больше полутора сотен попаданий. И речь не о слепых осколках, а о плотном огне с земли. Пули, снаряды, возможно, даже осколки от разрывов — всё это превратило самолёт в решето. Вышли из строя обе гидравлические системы, которые обычно управляют рулями и элеронами. На любом другом самолёте это означало бы одно: пилоту остаётся только катапультироваться и надеяться, что его подберут свои.
Но пилот А-10, чьё имя в официальных сводках пока не назвали (и, возможно, не назовут никогда), поступил иначе. Он перешёл на ручной реверс.
Эта фраза — «ручной реверс» — звучит как что-то из инструкции к старинному паровозу. Но для лётчиков «Бородавочника» это последний, самый надёжный шанс вернуться домой. В А-10 конструкторы заложили механическую резервную систему управления, которая работает независимо от гидравлики. Тросы, тяги, физическая связь между ручкой управления и поверхностями — никакой электроники, никаких усилителей. Пилот буквально вручную, через собственную силу мышц, двигает рули, заставляя искалеченную машину слушаться. И, судя по результату, система сработала безупречно. Самолёт не только остался в воздухе, но и совершил нормальную посадку. Пилот не пострадал. А после ремонта A-10 вернулся в строй.
Точно так же обстоят дела и с российскими Су-25. Живучие как будто из титана.
В этих историях, поо штурмовики, есть что-то почти мифическое. Когда вокруг летают стелс-истребители за сто миллионов долларов, которые падают от попадания птицы или сбоя софта, какие-то старые Грачи и Бородавочник 1970-х годов делают то, что и должен делать настоящий «летучий танк». Тяжело, неповоротливо, с рёвом турбовентиляторных двигателей, которые, кстати, конструкторы поставили так высоко, чтобы они засасывали меньше пыли с грунтовых аэродромов. С титановой броней, которая выдерживает прямое попадание зениток. С пушками ГШ-ГШ-30-2 и GAU-8 Avenger, которые при стрельбе создают тягу, замедляющую самолёт — потому что их отдача сильнее, чем у некоторых реактивных двигателей. С компоновкой, где крылья, хвостовое оперение и даже двигатели расположены так, чтобы машина могла дотянуть до базы, потеряв половину фюзеляжа.
Конструкторы Су-25 и A-10, аралельно проектировавшие их в эпоху холодных войн под конкретную задачу — поддержка наземных войск в Европе, — закладывали эту живучесть не ради красивых цифр в отчётах. Они исходили из простой логики: в бою по самолёту будут стрелять всем, что есть. И если он должен вернуться, чтобы завтра снова пойти в атаку, то каждая его система должна иметь дублёра. Гидравлика — два независимых контура, управление — механический резерв, топливные баки — протектированные и разнесённые, шасси — убирающееся так, чтобы можно было сесть на брюхо, если колёса не выпустятся. Даже двигатели установлены так, чтобы один снаряд не мог вывести оба.
В эпоху, когда Пентагон уже не раз пытался списать А-10, передав его функции F-35 или дронам, эта история звучит как ответ. F-35, ни какой другой самолет не вернётся с полутора сотнями пробоин, как это сделают Су-25 и А-10. У них, совоеменных самолетов, нет ни титановой ванны вокруг кабины, ни механического резерва, ни брони. А дрон, даже самый совершенный, не сядет без гидравлики — у него нет пилота, который мог бы перехватить управление вручную. И поэтому Грач и Бородавочник продолжают летать. И, судя по последним новостям, будет летать ещё долго.
Интересно, что в той же новости просочилась мысль, которую многие высказывают уже не первый год: а не сделать ли беспилотную версию Су-25 и А-10? С одной стороны, идея логичная: убрать пилота, сэкономить на системе жизнеобеспечения, увеличить боевую нагрузку. С другой — кто тогда будет перехватывать управление, когда обе гидравлики прострелены, а электроника отказала? Кто бросит машину на врага, когда она уже не может лететь, но может ещё стрелять? Кто, в конце концов, примет решение вернуться, когда все датчики кричат «катапультируйся»?
.
Когда в следующий раз услышишь разговоры о том, что А-10 пора на свалку, вспомни этот эпизод. И полтораста пробоин. И пилота, который не катапультировался. И самолёт, который вернулся, отремонтировался и снова улетел на задание.
А как думаете, нужен ли в современной войне такой самолёт, как Су-25 и А-10, или его всё-таки пора заменить дронами и стелс-истребителями? Может, у «Бородавочника» есть шанс прожить ещё полвека? Давайте поспорим.