Царапина-то была пустяковая. Ну подумаешь, чуток чиркнул по раме. Вообще, при таком грандиозном велокрушении он мог и сам пострадать! Но ведь вырулил, показал при этом шикарный такой дрифт. Да, упал, но это было уже потом, за поворотом. Жаль, что Алёнка это видела. Ехидна. А Стасик! Тоже хорош! Променял лучшего друга на велик, да ещё и обозвал так, что теперь прозвище прилипнет обязательно. И теперь вся деревня его будет звать именно так. Даже Алёнка.
Валерка сидел на веранде, дулся на друга в частности и на весь белый свет вообще. Он терпеть не мог быть неправым и виноватым, но постепенно признавал обстоятельства. Да, он именно тот, кем обозвал его Стасик. Но продолжать играть в оскорбленную невинность, означает одиночество на весь остаток лета и каторга на грядках под надзирательством злобной сестрищи.
А это невыносимо. Нет, всё-таки ошибки надо признавать... Даже не так, их надо исправлять!
Решено. Как только стемнело, Валерка тихо пробрался на Стасиков двор. Он знал, что можно просунуть руку в кошачий лаз, прижать дверь и слегка толкнуть, хлипкие петли позволят двери чуть приподняться и крючок благополучно вылетит из колечка. Теперь дело за малым: аккуратно вывезти велик, под крючок положить щепочку, дверь закрыть и снова хорошенько дёрнуть. Щепка вылетает, крючок в петле, дверь заперта. Элементарно!
Теперь нужно спрятать велосипед в чулане, под старой одеждой. А утром начать исправлять свои ошибки.
Бедный Стасик с утра устал доказывать бабушке и родителям, что он точно-точно убирал вечером велосипед на место, а не бросил на дороге, как обычно. Да всё в пустую. Факты налицо: двор заперт изнутри, велосипеда нет. Нового, крутого и безумно дорогого горного велосипеда!
Воришка очень плохо спал. Чувство вины сменяло чувство обиды, следом шли навязчивые и безумные идеи по возвращению велосипеду первоначального вида. Перекрасить его полностью? Но где взять специальную чёрную краску? Расцарапать ещё больше, вроде арт-декор такой? Вряд ли Стасик оценит. Наклеить картинку? Как на попе бантик! Купить новый? Совсем дурак? И над всем этим привычно насмешливый взгляд Алёнки, её глаза, как две ярких звёздочки над тёмным горизонтом.
Ни свет, ни заря Валерка вскочил с постели, наскоро позавтракал, вывез из чулана велосипед и сел ломать голову, что делать дальше.
На удивлённый вопрос Вики: "Это что за велик?" Невозмутимо ответил: "Так это Стасиков". И не вызвал никаких подозрений. Пацаны и сами разберутся со своими велосипедами. Ага, разберутся, обязательно.
Пока Вика выбирала мотыжку полегче, Валька напряжённо думал. Вика неодобрительно посматривала на него, пыталась пробудить свои телепатические способности или братскую совесть: она сегодня опять одна будет грядки рыхлить? И совесть, и способности спокойно спали. Вслух озвучивать претензии Вика категорически не желала, знала, что в ответ будет опять нытьё и никакого результата. Мотыжка застряла под лопатой и граблями и не желала вытаскиваться. Рассердившись, Вика дёрнула сильнее.
- Ну, вот ноготь сломала! Ведь только вчера маникюр сделала! - сестрица с тяжёлым вздохом удалилась в огород.
А вот это идея! - просиял Валерка.