О том, что революции свойственно пожирать своих детей, а мода вещь весьма переменчивая, известно с давних пор. Великая Французская Революция имела несколько этапов. Начавшись в 1789 году со взятия Бастилии, она сперва ограничила власть короля, затем и вовсе привела его на эшафот. Но якобинский террор завершился переворотом 27 июля (9 термидора II года по республиканскому календарю) 1794 года, а на следующий день уже лидер якобинцев Максимилиан Робеспьер испытал на себе все прелести гильотины.
Парижанам хватило всего одного дня, чтобы понять, режим Директории не вернется к столь радикальным мерам борьбы с оппозицией как обезглавливание. И 29 июля 1794 года на улицах французской столицы появились роскошные кареты господ со слугами. И скоро начали мелькать люди одетые по новой моде, причем с известной долей роскоши.
Во главе Директории стояли личности, разбогатевшие за время революции, а также изрядно увеличившиеся в своем количестве генералы. Среди этих новых властителей было немало сторонников монархии, так что граждан, открыто выражавших свои роялистические взгляды, никто особо трогать уже не собирался. Этой ситуацией воспользовались молодые люди из богатых слоев, которые стали стильно одеваться и вообще различными образами эпатировать окружающих.
Молодые выходцы из аристократических семей, прозванные инкруаяблями, выходили на улицу в огромных очках, тем самым имитируя сильную близорукость, хоть зрение у них было превосходное. Нередкостью было огромное кольцо в ухе, коротко стриженый затылок, зато по бокам волосы отпускались изрядной длины. Мешковатые брюки, натянутые до подмышек дополнялись коротким рединготом, имевшим на спине большую выпуклость. Так имитировался горб.
Огромный галстук, закрывавший подбородок, должен был создавать иллюзию того, что его владелец болен золотухой или имеет зоб. Обувь в обязательном порядке должна была иметь длинные острые носы. Дополнялось облачение крепкой суковатой палкой вместо трости, которой пользовались для разгона заходящих в аристократические кварталы санкюлотов.
Любители пооригинальничать не только всячески делали вид, что они тяжело больны, но и принципиально отказывались произносить букву «Р», поскольку слово «Революция» начинается именно с нее. Свою речь они перемежали различными восклицаниями, причем самым популярным было «Сэт инк’уаябль!» (Это невероятно!).
Именно от этого высказывания данная группа молодых людей и получила прозвище «инкруаябли» (буквально «невероятные»). Правда, так их называли в основном в аристократических кругах, среди санкюлотов популярностью пользовалось еще и прозвище «мюскадены», данное им так из-за привычки душиться ароматом мускуса.
Не остались в стороне от новых веяний моды и представительницы прекрасного пола, которые получили прозвище «мервейёзы» (буквально «дивные, великолепные»). Эти девицы вспомнили эпоху античности и облачали свои тела в легчайшие полупрозрачные ткани, напоминавшие греческие хитоны (туники).
Подобные одеяния давали спутникам хорошую возможность для составления мнения о прелестях девушки, но ввиду своей сильной обтягиваемости не давали возможности нашить карманы. Носовые же платки носить было все равно нужно, их придумали помещать в сумочки получившие названия «ридикюль». Само платье заканчивалось длиннейшим шлейфом, что послужило сюжетом забавных картин и шуток.
Часто головы девиц-мервийёз напоминали римские бюсты, поскольку волосы были короткими и вьющимися. В других случаях представительницы прекрасного пола использовали светлые парики, которые покрывали огромными шляпками. О Шарлотте Корде (убившей Марата) часто напоминала драпировка красной шалью. Кокетливо приподнятые юбки и украшенные браслетами ноги дополняли образ. А самой известной из мервейёз стала Жозефина Богарнэ, будущая жена императора Наполеона.
«Наука для всех» в Telegram: https://t.me/sci_popular