Мы привыкли думать о травме как о событии: насилии, потере, несчастном случае или катастрофе.
Но травма — это не само событие, а наша реакция на него.
Поэтому одна и та же ситуация у одних людей приводит к развитию психотравмы, а у других — нет.
Есть ещё одна, не столь очевидная, но не менее разрушительная форма травмы.
Она формируется не из-за явного насилия в детстве, а из-за отсутствия: эмоционального отклика, надёжной привязанности, безусловного признания.
Травма — это не только то, что случилось, но и то, чего не случилось:любви, поддержки, признания, чуткого и отзывчивого взрослого рядом, безопасной привязанности, надёжной гавани.
У ребёнка, чьи базовые эмоциональные потребности игнорировали значимые взрослые, формируется травма развития — даже если не били и не кричали.
То, чего не было — любви, заботы, безопасности — калечит психику так же сильно, как и прямое насилие.
Травма развития может годами подтачивать человека изнутри. И без поддержки она не «рассосётся» сама.
В моей практике такие истории часто начинаются с фразы:
«Отец дал мне свою фамилию, но папой так и не стал».
Это не упрёк и не обвинение — это признание боли, которую долгие годы маскировали под «всё нормально».
Даже если отец «пил, бил или бросил семью», а потом «стал на путь истинный» и пытался искупить вину алиментами, подарками или наследством — это не вернёт ребёнку благополучное детство.
Если в детстве у вас не было велосипеда, то, купив себе десять велосипедов во взрослом возрасте, вы не измените того факта: в детстве у вас его не было.
А если отец «не пил, не бил и семью не бросал», был рядом физически, но эмоционально отсутствовал?
Он находился в одном пространстве с ребёнком, но за невидимой стеной, разделявшей их.
В первом случае боль и обида объяснимы и социально «признаны».
Во втором — обвинить некого, но и почувствовать любовь невозможно.
В чём разница между «отцом» и «папой»?
Быть отцом — это юридический статус, биологический факт.
Быть папой — это ежедневный выбор быть эмоционально присутствующим в жизни ребёнка.
Папа — это тот, кто:
- Видит в ребёнке не своё продолжение, а отдельную личность.
- Откликается на его страх, радость, растерянность — не игнорирует, не критикует, не обесценивает.
- Даёт фундаментальное ощущение: «Ты важен. Ты в безопасности. Я с тобой. Ты достоин любви — просто потому, что ты есть».
Когда этого нет, ребёнок усваивает другие, горькие уроки:
- «Мои чувства мешают — их нельзя проявлять».
- «Чтобы меня не бросили, я должен быть тихим, успешным, удобным».
- «Любовь — это не дар, а награда, которую нужно заслужить».
И эта установка становится подпорченным фундаментом, на котором строится вся взрослая жизнь.
Как эта рана проявляется во взрослом возрасте?
В отношениях вы либо растворяетесь в партнёре, теряя себя, чтобы «удержать» его,
либо держите дистанцию, опасаясь, что близость принесёт уязвимость и боль.
Часто вы неосознанно выбираете тех, кто эмоционально недоступен — потому что это «родное» и знакомое.
Вы работаете на износ и конкурируете по любому поводу, чтобы доказать свою значимость.
Вам сложно принимать комплименты и успех — внутренний голос шепчет: «Я недостаточно хорош».
Вы боитесь ошибок, ведь в детстве за них вас отвергали.
В теле и самочувствии:
- Хроническое напряжение, бессонница, мигрени и другие боли — тело хранит память о детском одиночестве: «Отец не пришёл на помощь, когда мне было страшно».
- Отчуждение от своего тела: оно кажется чужим, стыдным, ненадёжным.
- Сексуальность либо подавлена, либо становится способом получить подтверждение своей ценности.
На страницах своей книги «Карьерная травма: когда работа оставляет шрамы» я подробно рассказываю об этом.
Почему травма развития особенно мучительна?
- Её нельзя показать, как синяк или шрам на теле.
- Её стыдно признать: «У тебя же был отец! Другие ещё хуже живут…»
- Её отрицают даже близкие: «Ну что ты выдумываешь? Папа же хороший — он тебя не бил! Сколько он для тебя сделал, а ты вырос(ла) неблагодарным!»
Но ваша боль — реальна.
И она заслуживает того, чтобы вы её наконец увидели и признали.
Можно ли исцелить то, чего «не случилось»?
Да.
Исцеление — это не возвращение в прошлое и не переделывание родителей.
Это внутреннее восполнение того, чего вам так не хватало.
Это происходит, когда вы:
- Разрешаете себе почувствовать всю гамму эмоций — гнев, горе, тоску — без стыда.
- Учитесь быть для себя тем самым взрослым, который видит, слышит и поддерживает вас.
- Находите безопасные отношения (дружеские, терапевтические), где можно быть уязвимым — и не быть отвергнутым.
- Работаете с телом и нервной системой, чтобы выйти из режима выживания: «Я должен справляться в одиночку».
Клиентам с такой травмой я помогаю не только переработать болезненные эпизоды детства, но и восполнить отсутствующий опыт через безопасное присутствие, и в результате — восстановить доверие к себе и миру.
Многие из них позже говорят:
«Я думал(а), что просто перфекционист(ка) и много работаю. А оказалось — я всю жизнь ждал(а), что папа наконец скажет: “Достаточно, ты и так молодец”».
«Когда я разрешил(а) себе оплакать того папу, которого у меня не было, — на душе стало спокойно».
Когда «отец дал фамилию, но папой так и не стал» — это не приговор.
Это — начало пути к себе.
Потому что теперь именно вы можете:
- Дать себе ту заботу, нежность и поддержку, которых вам так не хватало.
- Построить отношения, в которых вас видят, слышат и ценят.
- Научиться чувствовать и, наконец, поверить: «Я достоин любви — не за что-то, а просто по праву рождения».
И это — уже целительно.
С уважением,
Юлия Рябикина
Автор книги «Карьерная травма: когда работа оставляет шрамы»
Психолог | КПТ | EMDR (ДПДГ)
P.S. Если в этом тексте вы узнали себя — знайте: ваша боль важна.
И вы имеете полное право на поддержку и исцеление — даже если «по документам» у вас был отец.
У каждого из нас есть свой «чемоданчик» с тревогами и травмами.
И его нужно регулярно открывать, разбирать — и освобождать место…
для радости, лёгкости и новых смыслов.
Вы не обязаны справляться в одиночку.
Автор: Рябикина Юлия Михайловна
Специалист (психолог), Стрессолог
Получить консультацию автора на сайте психологов b17.ru