Решения, принятые сгоряча, всегда представляются нам необычайно благородными и героическими, но, как правило, приводят к глупостям.
(Ф. Энгельс)
Предыдущие главы:
Глава1, Глава2, Глава3, Глава4, Глава5
~~~~~~
Дамир выскочил из квартиры и помчался, не разбирая дороги. На улице было уже темно и ветрено. Вскоре он очутился в старом парке, обессиленно сел на край скамейки и только сейчас понял, что из глаз льются слёзы. И нет, не от ветра, а от разбитой на мелкие осколки жизни. Боль в груди сковывала дыхание, горячие слёзы обжигали щёки. Хорошо, что темнота и пустой холодный парк скрывают печаль. Горевать при всех унизительно.
Вскоре мужчина начал мёрзнуть и решил идти. Только куда? Он вытащил из кармана ключ от квартиры, повертел в руках и выбросил в урну. Пойду к родителям, решил он. Не хочется рассказывать друзьям о том, как его предала любимая. Но родители в любом случае узнают о разрыве.
Поднялся на нужный этаж, несколько минут постоял, собираясь с мыслями и, готовя слова для разговора. Нельзя сболтнуть лишнего, чтобы не переживали, но надо дать понять, что разрыв окончательный и это не банальная семейная ссора, каких, к слову, у них никогда не было.
Но всё вышло иначе. У родителей был гость: из соседнего города приехал друг отца Олег. Много лет назад Олег, случайно оказавшись в их городе, загремел в больницу с аппендицитом. Отец буквально вытащил его с того света, потому что случай был тяжёлый, и мужчина тянул до последнего, терпя боль.
Олег в долгу не остался и, спустя месяц приехал, отблагодарить доктора за вторую жизнь хорошим коньяком. И хотя с пациентами пить не принято, но в тот раз вышло иначе. Карим Ильдусович только закончил смену и собирался ехать домой, когда пришёл Олег.
Может, такое было настроение у врача, а может, понимание, что пациент уедет в другой город и они не увидятся больше, а может, просто хотелось отдохнуть и Олег пришёл вовремя. В общем, как обычно «случайно» звёзды сошлись, хирург пригласил Олега к себе распить презент.
Так началась их дружба, длившаяся вот уже второй десяток лет. И вот сейчас Олег (для Дамира, конечно, дядя Олег) сидел в маленькой родительской кухоньке и рассказывал о своём житье-бытье.
Как только Дамир зашёл, мама сразу поняла — что-то случилось. И красные глаза сына заметила и тоску в них, но при госте не расспросишь.
А тот увлечённо рассказывал о новой работе. Год назад его сократили, пришлось срочно что-то искать и придумывать. Ему подвернулся счастливый случай — попал на северную вахту и смог там зацепиться.
Работа сложная, погодные условия порой невыносимы, приходится уезжать на 2-3 месяца. Но зато зарплата очень хорошая! Не везде так платят, просто ему, Олегу, повезло. Продал свой старый жигуль, купил новенькую Ладу-99, купил новый диван и холодильник. И это всë за год!
— Дядя Олег, а поможете мне устроиться туда? — в голове Дамира созрел план.
— Сынок! — воскликнула мама, — Там же трудно очень. Это рабочая специальность, ты же хотел другое.
— Всё поменялось, мам. Сейчас мне нужны деньги. Ну что, дядя Олег?
— Дамир, помочь-то я могу, правда начнёшь с простого работяги, как я. Но даже так зарплата хорошая. И если показать себя, то можно продвигаться. Но... — мужчина задумался, — Это подрывает здоровье. Питаемся мы не шибко хорошо, супы точно никто не варит. Обычно перекусы всухомятку, горячее только в обед. Готовить некогда: пришёл домой и упал спать. Потому и уходят оттуда мужики: кто-то не выдерживает, а у кого и сыпаться всё начинает. Я и сам думаю, может, годик ещё поезжу и всё, я внуков нянчить хочу. Не для того твой отец меня латал.
— Ничего страшного, я молодой, здоровый. Справлюсь.
— То-то и оно, что молодой, поберечь бы здоровье.
— Дядя Олег, очень надо. Я вас прошу, помогите.
— Ну, конечно! — Олег вопросительно посмотрел на родителей Дамира, но те еле заметно пожали плечами. — Завтра к себе вернусь и поговорю с бригадиром. У нас как раз один уходить хотел. Позвоню тебе. На какой номер звонить?
— На этот, родительский.
Мать с отцом переглянулись, в глазах мелькнула тревога, но расспрашивать не стали. Только мама заглянула к сыну, когда гость и муж заснули. Но и Дамир уже спал, при этом у него было такое лицо, словно за ним во сне кто-то гонится. Мама подошла к нему, погладила по голове, щекам, прошептала:
— Что у тебя стряслось, сынок? — и постояв так ещё минут пять, закрыла дверь его спальни.
*****
Через два дня дядя Олег позвонил и сообщил, что в бригаду Дамира взяли, выезжают через три недели, объяснил, что надо купить, что взять с собой и где место сбора.
У Дамира оставалось два важных дела: Алексей Иванович и Диана.
За это время он уже смирился с мыслью, что найти деньги для погашения долга не получится: нет у него таких связей. Он даже почти свыкся с мыслью, что его убьют, и прокручивал картины, как умереть достойно, а не скулить от страха как щенок.
Поэтому к Алексею Ивановичу он пришёл в относительно спокойном и уверенном состоянии. Выложил ему всё как есть и главное решение проблемы: он, Дамир, пишет расписку (если потребуется нотариальную) о том, что взял деньги в долг и обязуется вернуть в течение года частями. Готов выплатить больше, при условии, что Иваныч согласен на рассрочку. А в противном случае, вот он — бейте, убивайте, но взять с него нечего.
Алексей Иванович, сидевший вначале с лёгкой ухмылкой и пренебрежительно поглядывающий на визитëра, одобрительно закивал. А потом вальяжно прикурив сигару, сказал:
— Ты молодец, сынок, что пришёл. Респект. И решение придумал хорошее. Но не кинешь ли? — он, прищурившись, глядел на Дамира.
Дамир, не бросая лишних слов, ответил:
— Нет. У меня на жизнь другие планы.
— Вот и ладушки. Расписку напишешь, я тебе верю. И верю, что деньги вернёшь до последнего рубля. Такие, как ты, не врут. А в жизни, сынок, иногда надо и зубы уметь показывать, как волк. И юлить, как лиса. И шакалом тоже иногда надо быть. Иначе жизнь сожрёт тебя и не подавится. Вижу, что хороший ты мужик, такие всегда в цене. Как со своих северов вернëшься, так приходи ко мне. Найду тебе нормальное занятие.
— Спасибо, я уже у вас поработал.
Алексей Иванович хохотнул.
— Ну, считай это боевым крещением, которое ты прошёл. Дружок-то твой не таким надёжным оказался.
— Что с ним?
— Пусть тебя это не беспокоит, всё у него хорошо. Каждый получает то, что заслужил. Лоху — судьба лоха. А если ты нормальный человек, то жизнь тебя наградит.
От Алексея Ивановича Дамир уходил со смешанными чувствами. С одной стороны, радовался, что удалось договориться, да ещё и сравнительно легко. А с другой стороны, кем возомнил себя Иваныч, что, не боясь, решает судьбы людей. Почему он взял на себя полномочия Бога? Нацепляет на людей ярлыки: лох-не лох, достоин-не достоин. Сам-то он кто? Да просто тот, кто успел вовремя подсуетиться, не побоялся проявить свою шакальную натуру. А сейчас распоряжается жизнями людей, будто своей.
Дамир с первого дня несколько раз звонил Рине, напарнику, но ни разу не застал его дома. Что стало с этим улыбчивым мужичком, неизвестно.
Теперь, когда вопрос с долгом решился, остался самый главный — с женой. Он не видел Диану неделю. Перед глазами до сих пор фотографии, где она в постели с другим. Дамир понимал, что не сможет простить. Никогда. Такое предательство не прощается. Но душа его ныла, пульсировала болью. Как вырвать из сердца эту любовь? Как забыть и разлюбить? В стенке родителей стояла рамка с их свадебным фото. У Дамира не хватило духа выкинуть. Он просто положил её «лицом» вниз и старался не вспоминать.
Дамир встретил жену после работы возле подъезда. Внутри всё зазвенело тысячей бубенчиков.
— Привет, — сказал он дрогнувшим голосом.
— Привет, — ответила она, не понимая пока чего ожидать от разговора. После того как он не пришёл, она позвонила его родителям, но свекровь сказала, что он ушёл по делам. По голосу Диана поняла — врëт.
Такое между супругами было впервые. Они всегда понимали друг друга, предугадывали желания и поступки. Их сердца были настроены на одну волну. Поэтому знали, какой реакции ожидать от любимого человека. А вот сейчас Диана впервые не понимала, что хочет Дамир, о чём он думает и что решил.
— Я хочу забрать свои вещи, — бесцветным голосом сообщил мужчина.
Диана растерялась, но постаралась взять себя в руки:
— Дамик, давай поговорим. Надо всё обсудить...
— Что здесь обсуждать?
— Давай поднимемся в квартиру?
— Диана, — жёстче сказал Дамир, — Не хочу ничего обсуждать. Я принял решение.
— Какое?
— Я думаю тебе и так всё понятно...
— Нет, мне ничего не понятно! — взволнованно воскликнула она. — Я считаю, что нам надо поговорить и всё выяснить.
— Я сейчас поднимусь, соберу всё самое необходимое и уйду. Всё остальное сложи, пожалуйста, куда-нибудь, отец потом заберёт. Хотя можешь просто выкинуть.
— Дамир!
— Не кричи!
— Дамир!
Но он подтолкнул её к подъезду:
— Не хочу сцен и выяснения отношений. Мы до этого обходились без этого. Давай и сейчас также, а?
Они зашли в подъезд и молча поднялись на третий этаж. Диана открыла дверь, зашла в квартиру, он следом. Снял обувь и как был в куртке, прошёл в комнату, открыл шкаф и достал оттуда тёплые вещи. Она молча смотрела как любимый мужчина уходит от неё.
— Дамирчик, — тихо позвала, — Милый, поверь, это не я на фотках. Давай, я тебе покажу, ты сам увидишь!
— Не хочу я на это больше смотреть, — коротко и не глядя, на жену бросил он.
— Ну, поговори с Димкой, он тебе скажет, что ничего у меня с Кабаном не было.
— Ага, сейчас! Вы там все спелись уже. Кто-то же фоткал вас, а?
— Дамир, да послушай ты меня!
— Диана, давай только честно, а? Было что-то у тебя с ним?
— Он клеился ко мне, давно уже, — смущаясь ответила жена, — С той вечеринки в клубе. Но, поверь, я его всегда отшивала. Спроси у любого из наших.
— Угу, прямо сейчас побегу собирать сведения. А почему ты не сказала мне, что он клеится? Нравилось, да?
— Ты с ума сошёл? Просто не знала, как сказать, а потом эти командировки начались.
Дамир молча складывал свитера и носки в пакет. Диана что-то говорила — он не слышал. Не хотел слышать. Слишком ранящим были её слова. Пакет наполнился доверху. Сходил в темнушку, вытащил зимние вещи, упаковал другой в другой пакет. Диана уже не говорила. Заговорил он:
— Я уезжаю на несколько месяцев. Приеду, оформим формальности. Но я тебя не держу, делай что хочешь.
Как же так получилось, что две половинки одной души не смогли услышать друг друга? Дамир наглухо закрыл своё сердце, отключил эмоции, запретил словам долетать до души.
Говорят, психика человека всегда на стороне «хозяина». И если надо, она притупит чувства, закроет глаза на очевидное. И сделает это с одной целью — сберечь. Сберечь, чтобы выжить. От чего подсознание берегло Дамира? Почему не включилось критическое мышление? Что же это было: мужское упрямство или отсутствие жизненного опыта? Древний страх конкуренции или не менее древний быть посмешищем?
Но как бы то оно ни было, Диана не смогла пробить броню, разделявшую их. Слова не долетали до мужа и, в конце концов, она, разозлившись, сказала:
— Хочешь идти — иди! Что я тебя уговариваю? Счастья тебе в личной жизни! — и ушла на кухню, нарочито громко закрыв кухонную дверь.
Не оборачиваясь, не взглянув напоследок на квартиру, синонимом которой было слово «счастье», Дамир вышел в подъезд, захлопнув дверь навсегда.
~~~~~~
Продолжение ЗДЕСЬ
