Издательский Дом Максима Бурдина

Финалисты: - Марина Губницкая (Москва) - Дмитрий Любимов (Кострома) - Дмитрий Митрофанов (Кострома) - Александр Анастасин (Москва) - Жанна Агуэро (Серикова) (Екатеринбург) - Ольга Татаркина (Саратовская обл., г. Балаково) - Надежда Цветкова (Москва) - Ирина Дружинина (Приморский край, пгт. Славянка) - Аполлония Делос (Полина Лахтина) (Челябинск) - Валерий Трофимов (Санкт-Петербург) Номинации «Лучший чтец года» удостоен актёр Алексей Шаранин (Москва). Номинации «Приз зрительских симпатий» удостоен Игорь Тютюкин (Тула)...

Фреска "Страшный суд", художник Васнецов В.М. Мы - рабы терминологии. Слова способны как к созданию, так и к разрушению. Неверно истолкованное слово может послужить (и служит!) причиной больших проблем...

"...Был у отца Иосифа. Прекрасный собеседник. Добрая водочка, икорка, хлеб черный отличный, здоровый, квас хороший. Заметить – у себя подобное сделать..." Эта фраза из дневника святого праведного отца...

Через большое горнило сомнений моя осанна прошла. Ф. М. Достоевский В эпоху советского атеизма бытовало (а проще сказать ― навязывалось) странное мнение о том, что вера и разум несовместимы. Рядовой атеист задавался вопросом: «Можно ли верить в то, чего я не могу осмыслить, увидеть, ощутить?» ― и тут же отвечал: «Конечно, нет!» И, что не странно, в этом оказывался совершенно прав. Сложно поверить в то, чего не знаешь...

Считали, что он исчез бесследно. Поначалу обыскали квартиру: вымели из-под мебели клочья шерстящейся пыли, с затерянными в ней мелкими монетками и мертвыми пауками. Встряхнули ковры и паласы, перерыли старые шкафы, где среди пластов оставленной и никому не нужной одежды находили почему-то только полые пороховые гильзы. Смели тонкотелую книжную полку, раскидывая тома в беспорядке на голом полу. Аккурат за «Житиями святых» стыдливо прятались две пестрые порнографические картинки. - Что чудят-то!...

Ехала с пересадками на нервных, гремящих электричках, где было одиноко и где подсаживались к ней словоохотливые пьяные мужчины. Мешком сидела у окна, худая, стареющая, смотрела сонными глазами на дымный, летаргический вечер и думала, что было бы неплохо остаться Ванечке не с тетей Нюрой, пожилой соседкой сверху, а с любящим (конечно, любящим), внимательным отцом. Добралась к ночи, попутками (ехала по свороченным, больным дорогам), рассеянно, коротко и как-то совсем по-детски улыбнулась встречающим,...

Что он – самый несчастный человек на свете, Яков Перельман понял, когда ему минуло пятьдесят. Он налил стакан кипяченой воды, выпил залпом, и этот стакан был символом Чаши страданий, которую ему пришлось и придется испить. Потом повернулся к Андрею Нелюбо, своему шурину, и продолжил прерванную фразу: – …поэтому, милый мой голубчик, вы хорошенечко подумайте прежде, чем что-то говорить о евреях. – Да чего же здесь думать, Яков Эдуардович?! – Нелюбо приподнялся на голом ухабистом матраце, где лежал, укрывшись старой кроличьей шубой...