Путь Писателя

Сущность стиля - это то, о чем меньше всего нужно беспокоиться. Главное - это личное содержание. Осторожное и вдумчивое исследование, глубокое проникновение с целью отделить уникальные находки от пустого копирования, последующее самопознание в том, что удалось обнаружить, в конечном итоге формируют то, что внимательные наблюдатели определят как твой собственный, неповторимый стиль, который отражает твою сущность. Это применимо к любой форме творчества, в частности к христианству. Потому что, если оно подлинное, то в первую очередь это искусство, "искусство всех искусств", как утверждали древние, где ты сам себя создаешь, раскрывая свою истинную суть. У каждого истинного христианина обязательно есть свой неповторимый стиль, ведь без него невозможно. Это так же верно для поэтов, художников, композиторов. Стиль - это еще не "слава на века", но драматичный процесс очищения этой славы от нанесенных временем следов.

О СЕБЕ - Ты поэт? Или ты проповедник? - Я свидетель. Поэт и проповедник могут говорить о том, что лично они не испытали - и их речь будет убедительна благодаря их вере в то, о чем они говорят. Свидетель может говорить только о своём личном опыте. - Разве поэт и проповедник не могут быть свидетелями? - Могут. Более того - самым жизненно важным из всего сказанного ими является то, что они сказали как свидетели.

РЫБА И ВОДА — Ты пишешь пять лет. У тебя есть что сказать тем, кто хочет подвизаться на литературном поприще? — Есть. «Нрав держи простой, речь нехитростную, ступание нетщеславное, голос непритворный. Полюби жить в скудости и быть всеми небрегомым. Паче же всего попекись о хранении ума и трезвении, будь терпелив при всяких теснотах и всячески сохраняй приобретенные уже блага духовные неповрежденными и неподвижными»*. — Разве это для пишущих? — Именно для них. Поэт и прозаик работают со словом, часто не задумываясь, что главное — не слова, а то, что за ними. Слово — рыба, контекст — вода. Рыба не живёт без воды. Слово используем для того, чтоб передать с его помощью то, для чего слов нет, чтоб облекать мысль или образ в плоть. Но, как было еще сказано: «от рассуждения — рассмотрение, от рассмотрения — прозрение». Прозревший находит слова для того, что ему открылось. Старые слова называют по имени новый опыт — и становятся новыми. — Получивший такой совет наверняка подумает — либо с ним что-то не так, либо с тобой. — Что делать. — Но ты всё равно это скажешь, даже если человек не готов принять? — Если ждать, пока он будет готов, то никогда не скажешь. А так в него это западет как зерно и где-нибудь останется лежать. До времени. ________________ * «Многополезное слово об Авве Филимоне». Добротолюбие. Том III.  «Лествица» прп. Иоанна Лествичника. М.Калинин Лайк и подписка - лучшая награда для канала!

«ИСТОРИЯ АДАМА И ЕВЫ», Иоанна (Рейтлингер), 1937 Автор представляет людей темного, глиняного оттенка, у которых лица почти не видны, словно они еще не выявились. Лицо, согласно автору, не может быть дано человеку, потому что лицо является результатом выбора и поступка. Но так как выбор и поступок еще не совершены, лица остаются неопределенными. Однако, когда выбор сделан, человек отходит от того пути, на котором его черты могли бы проявиться, и вместо этого сталкивается с безличием, что представляется самым строгим наказанием. Более того, автор даже голову Бога изображает с темным, почти не выявленным обликом. Это вызывает вопрос, почему так? Согласно автору, именно так первые люди видят Творца. Пока человек не обретет своего лица, он не в состоянии увидеть его в другом.