Марина Лист | Истории и Рассказы

Отец умер прошлой весной. Для меня это была не просто потеря человека — как будто кусок прошлого вырвали. Мы с ним жили порознь последние годы, он — в частном доме, я — со своей семьёй в квартире, но созванивались часто, ездили друг к другу. В наследство от него остались старенький домик в посёлке и небольшая сумма на вкладе. Ничего космического, но для меня это было что-то вроде последнего «подарка от папы». Я поехала к нотариусу, оформлять документы. Муж в этот день остался дома, сказал: — Езжай одна, там сидеть скучно, бумажки эти… Потом всё расскажешь...

В тот день я пришла домой с тортиком. Не потому что праздник, просто хотела порадовать домашних: меня на работе повысили, зарплату подняли почти в полтора раза. Для нашего семейного бюджета это было прям событие. — Смотри, — радостно говорю мужу, показывая смс из банка. — Теперь мы сможем быстрее закрыть свой кредит и нормально откладывать. Он посмотрел, хмыкнул и выдал: — Отлично. Значит, мы сможем помочь Пашке с ипотекой. Пашка — это его младший брат, тот самый, который год назад взял трёшку «чтобы сразу на вырост», а через полгода остался без работы и теперь вечно занимает «до получки»...

Когда я впервые вслух сказала: «Я поступила на магистратуру в Европу», мама уронила вилку, сестра завизжала от восторга, а дед только прищурился. — И сколько стоит твоя заграница? — уточнил он, будто спрашивал цену картошки на рынке. Я назвала сумму. Часть покрывает грант, немного копила сама, остальное — подъемные с работы и небольшой кредит. Для меня это была мечта, к которой я шла лет десять: языковые курсы, ночные подработки, откладывание «по тысяче в конвертик». — За такие деньги можно половину свадьбы твоей сестры оплатить, — вздохнула мама...

Я впервые в жизни плакала у кассы в магазине. Стояла с тележкой, в которой были продукты на неделю, коту корм, моё новое шампунь-«баловство» и пара игрушек внучке. Протянула карту, набрала пин — и услышала от кассира: — Операция отклонена. Недостаточно средств. Я удивилась: — Как недостаточно? Там должна быть зарплата. Попробовала ещё раз — то же самое. Люди за спиной начали нервно переминаться, кто-то вздохнул. Я отложила половину, остаток попыталась оплатить другой картой — та тоже «в минусе»...

— Лена, переведи Нине две тысячи, — услышала я в трубке. — У меня таблетки закончились, а у неё на карте всё есть. Она потом мне снимет. Нина — это наша соседка по деревне. Та самая, на которую мама переписала дом. А я — родная дочь. Мама живёт в деревне, я — в городе, километров семьдесят между нами. Так уже лет пятнадцать. Каждый выходной — электричка, автобус, сумки с продуктами, лекарства, немного денег на всякий случай. Классический сценарий: я приезжаю, вымываю полы, чиню розетку, вызываю фельдшера, ругаюсь с участковым терапевтом за рецепты...