Марина Бокк

«Мам, зачем мне жить»- я вздрагиваю всем телом. Моя девочка, моя хрупкая девочка- как почему в твоей маленькой головке возник этот вопрос? «Сергей Николаевич, у нее появились суциидальные мысли». Голос на том конце провода звучит глухо- «Увеличьте дозировку препаратов в три раза и я готов завтра принять вас». Зима. Новый год. Каждый наш праздник был испытанием. Наша девочка одинаково реагирует на радостные и печальные события. Для ее мозга нет разницы- для него это чрезмерное возбуждение.  Постоянные истерики, крики, слезы- я на грани...

«Неужели в нашей жизни не было ничего хорошего?» - с укором спрашивает он. Конечно, было- много чего было прекрасного, чудесного- рождение наших детей, например. Но вся эта радость была приправлена моими мучениями и страданиями. Не было ни дня , когда я была бы  абсолютно расслаблена рядом с ним. Невидимый идеальный образ армянской жены, созданный им не давал мне покоя. «Посмотри, как делает Сирануш, учись у нее!» И я училась! Я вникала в мельчайшие подробности рецептов, узнавала секреты ведения хозяйства, за что, кстати меня очень любили взрослые армянские женщины...

«Мне плохо, понимаешь, плохо! Я не знаю, что делать» - потухший взгляд, осунувшееся лицо. Я была в капкане и не осознавала этого. Ночь сменяла день, но легче не становилось. Вся жизнь превратилась в один сплошной мрак… и только его приход был той маленькой запрещенной радостью, которую он мне оставил «Боже, как стыдно! Как стыдно! Я ведь даже рассказать этого никому не могу! Что скажут мои, наши друзья ? осудят? Скажут что я дура? что я должна уйти! Да так и скажут! Но я не могу!  Нет , нельзя никому говорить! Они не поймут глубины моих чувств к нему...

Я знаю ваш  вопрос- почему ты так долго была отношениях с ним, почему позволяла с собой так обращаться?  Я долго думала над этим.  И первое что мне пришло в голову - я ведь его так любила! Как никого на свете! Однако через какое-то время я пришла к выводу, что дело вовсе не вовсеобъемлющем чувстве , а в простой манипуляции! «Я ради тебя пошел против рода! Я ради тебя предал  заветы моих предков и женился на на тебе!»- вот что подселили в мое сознание- значимость жертвы ради меня! И я поддалась на...

«Мне нужно с тобой поговорить»- в груди  стало тревожно . Это не похоже на его обычное предложение встретиться, здесь что-то другое! Дурацкая моя интуиция! «Я переезжаю»-тихо произносит он. В моих глазах недоумение.  «Ты приехал, чтобы сказать мне это?» «Я переезжаю и могу отдать вам  вещи из квартиры- пылесос, гладилку, все что хочешь. Мне уже не нужно» Я уже все поняла, я только ждала когда он произнесет эти слова. «Я уже завтра переезжаю, поэтому нужно сейчас решить что ты , вы заберете». Я молчу… «Кофе будешь?»- мне нужен таймаут...

Я удивлена и расстроена… В смысле жалко папу! А меня тебе не жалко??? Во время спохватившись от спонтанных эмоций, я грустно ответила- мне тоже жалко. «Мама, мы ехали в машине и папа так грустно говорил, что он не хотел уходить, что не хотел, чтобы семья разрушилась. Что это все ты…» Да, доченька, да, это все я ! Я терпела и не говорила, когда нужно было кричать. Я отступала и уверяла себя , что я умная и мудрая, нужно только потерпеть. Я , я , я! А где же был он?  Мы сидим в ресторане. Идет второй год нашего развода...

Защита? В смысле защита? Защита от кого от меня? От мамы? Я не помню от кого впервые услышала эту фразу. Возможно это был главный психиатр Ростовской области, похожий на добродушного Санта Клауса . Или молодой , но очень перспективный психиатр из Московской психо-неврологической клиники, который первый подсветил мне , что состояние моего ребенка обуславливается  внутри семейными факторами и особой мобильностью психики.  Тогда я еще не до конца понимала, что это значит. Уже значительно позже, мы вместе с моей девочкой увидели эту схему, проговорили ее, поняли ее выгоду...

«Мама, мама! У меня ОКР!»- я вижу отчаяние в лице моей уже взрослой дочери. Нет, нет, я не верю! Я не хочу верить. Только не у моей девочки! Воспоминания о ее болезни короткие , но очень яркие… Хрупкое тело сжимается в судорогах. Она лежит на грязном коврике коридора садика. Пальцы скрючены. Она воет. Я вижу  испуганные глаза охранницы.  «Извините, у нее так бывает»- шепчу я. Мне стыдно. Мне безумно стыдно! Я хочу плакать от отчаяния и невозможности контролировать ситуацию.  Почему это происходит со мной? Я же такая… мои мысли прерывает очередной вой...

Аааааа! Я слышу и распознаю голос моей дочери из любой точки площади. Это был не крик, скорее вой боли и отчаяния. Подхватив 2 летнюю малышку, я рванула на призыв своего ребенка. Всего пара минут и я стояла возле ее хрупкой фигурки. Ее лицо искажала гримаса отчаяния.  « Вот , вот вода!»- протягивала я уже открытую бутылку с водой. Лихорадочно схватив бутылку,  моя девочка обливала руки и ноги. Капли воды разлетались на одежду прогуливавшихся здесь же родителей и детей. Недоуменные взгляды. Мои извинения...

Что происходит? Меня трясло так, что казалось кровать подо мной ходит ходуном! Что? Что случилось?  Нет! Я не могу! Я должна что-то сделать или сказать!  Это был мой первый раз, когда я не могла справиться с накативившими чувствами.  От него пахнет духами!- сердце защемило от боли и обиды.  Как спросить? Что сказать?  Я узнаю эти духи. Несколько дней назад их аромат был еле слышен на его рубашке. А сегодня… сегодня этим ароматом было пропитано его тело Нет, Нет!!! Этого не может быть! Он меня так любит...

- я слышу ноты отчаяния в возгласе моего ребенка. Моя старшая, моя золотая девочка, всегда сдержанная, всегда такая взрослая -увидела реальность, которую мы с супругом не хотели видеть! 2,5 месяца ежедневных скандалов и препирательств . Дети , наши дети наблюдали как два взрослых планомерно доводят друг друга до истерии. Никто не хочет отступать. Никто не видит эти затравленные испуганные глаза. Битва! Битва до «первой крови». Кто-то должен стать победителем. А кто-то уйти побежденным. «Нет, не в этот раз! Я не уступлю! Я ни в чем не виновата! Я не буду извиняться...

Ну да выглядело это максимально странно— стройная девушка в брендовых вещах с кожаной сумкой , из которой торчали бутылки химических растворов , пришла делать уборку в квартиру в хрущевке. Нужно заметить, что на момент рассказа мне было 45 лет и весила я столько же. Но это была реальность! Моя реальность на тот момент. Оправившись немного после ухода супруга, я задумалась на что же мне кормить моих детей. Моя мама пенсионерка и и старшая сестра с зарплатой 26 тр как могли помогали нам первый месяц...