Книги о любви

Я не сразу соображаю, что происходит. То ли от переживаний, то ли от неожиданности просто безвольно подчиняюсь его порыву и хлопаю глазами, ошарашенно глядя в прикрытые глаза Григория. А он тем временем настойчивее вжимается в мои губы. Мне становится трудно дышать. И не только от того, что мой рот как будто больше не принадлежит мне. Внутри меня словно вспыхивает пожар, сжигающий кислород и заставляющий меня дышать часто и рвано. Губы Григория кажутся такими горячими, что оставляют ожог на моих губах...

Каждая наша встреча. Каждый взгляд. Каждое ее признание. Выворачивает что-то во мне. Скручивает в груди и не дает спокойно реагировать. Она просто маленькая дурочка, вбившая себе в голову очередную глупость. Блажь. Это не должно меня волновать. Не должно. Но почему каждый раз она выводит меня на эмоции, о которых я уже забыл?! Почему?! Моя жизнь давно стала безэмоциональной. Так легче. Так проще. Так я привык! У меня хватает проблем, которые я планирую скоро разрешить, и тогда… Мне не нужна еще одна...

— Ольга Семёновна, я доделала отчёт. Осталось получить цифры от маркетинга и будет полная картина к понедельнику к совету директоров. Я кладу на стол своей руководительницы объёмную папку с документами — результат моей недельной работы. Ольга отрывает взгляд от монитора и смотрит сначала на меня, а потом начинает просматривать папку. — А маркетинг, значит, как всегда? — чуть усмехается. — Что говорят? Когда цифры дадут? — опять смотрит на меня. — Обещали завтра с утра, — отвечаю я. — Ольга Семеновна, вы не волнуйтесь...

— Марк Георгиевич, мы здесь поедем? — нарушаю тишину я. — А ты предлагаешь мне ехать в женском купе? — смотрит, нахмурившись. — А что такого, — пожимаю плечами. — Зато в весёлой компании и с едой, — улыбаюсь. — Ты издеваешься? — он закрывает дверь. Встаёт, засовывает руки в карманы брюк и чуть наклоняет голову. Впивается в меня взглядом. — Мало тебе? — продолжает он. — О чём вы? — я тоже встаю напротив него и упираюсь руками в бока. — Вы странный! — Я странный?! — рычит он. — Я?! Ой. — Ты даже билеты...

Инна словно очухивается от шока и, заметив этот мой взгляд, обнимает сына и заводит его себе за спину. Как будто спрятать от меня хочет. Поздно, Инна. Да и мальчишка не особо слушается её. Всё равно высовывает головку и смотрит на меня. И этот его взгляд… у меня словно взрывается что-то в груди. И горячие ошмётки разлетаются по телу, заполняя собою кровь. Она вскипает от этого и обжигает вены. Мысли в голове лихорадочно скачут и я не могу понять, за какую из них уцепиться. Это сын Инны. Сын? Ну да...

Строго наблюдаю, как мужчина встает и медленно идет ко мне. Обходит и встает сзади. А я и повернуться боюсь. Его присутствие опять словно лишает меня воли. Сижу напряженно и мне кажется, даже слышу его дыхание. У себя за спиной. - Что молчишь? – вдруг произносит он. - А что я должна говорить? – я правда не понимаю, что он хочет услышать от меня. - Ну, например, извиниться за все те неудобства, которые ты мне доставила. И тут я вспоминаю о статуэтке! Он о ней же? Тоже встаю и разворачиваюсь к нему лицом...

— Где она? — хмуро оглядываю дежурную часть. Взгляд сам устремляется на клетку, где за решёткой сидят задержанные. — Да не там. В кабинет её отвёл. Плохо ей стало, — толкает меня в плечо Сизов. — Плохо? Где она, Саш? — Пошли. И он приводит меня в кабинет. Там на диване у стены лежит девчонка. Чёрт, что с ней? Смотрю на неё, не решаясь подойти. — Ааа, — тут её глаза распахиваются и она сразу же смотрит на меня. — Истукан без нервов пришёл? Мы с Сизовым переглядываемся. И я только сейчас замечаю, что у него рука зелёная...

— Нина Александровна? Приветствую! Я смогла договориться о встрече с Лизой, — внезапный звонок адвоката застаёт меня за подготовкой отчёта. От услышанного карандаш выпадает из руки. Я быстро облизываю губы и понимаю, что готова расплакаться! — Когда? Маргарита Леоновна! Спасибо вам! Спасибо! Когда я смогу увидеть дочку? — сосредотачиваюсь только на этом звонке. — Сегодня. Сейчас. — Как? Сейчас… но… я же на работе… — Я вас не понимаю, Нина Александровна. Вы хотите дочь увидеть или нет? Знаете, скольких усилий мне стоило, чтобы они пошли на уступки? — недовольно отвечает адвокат...

Мне кажется, я пунцовой становлюсь. Прямо чувствую, как горит кожа на лице. Первый шок проходит и мужчина и женщина переглядываются, потом снова на меня смотрят. Вообще нелегко стоять вот так, в кителе с орденами и без штанов перед незнакомыми людьми в непонятной квартире. - Жень, ты понимаешь, что происходит? – спрашивает женщина у мужчины, не сводя с меня взгляда. - Только догадываюсь, Алин, - отвечает он и тоже продолжает смотреть на меня. - Я не воровка, - мотаю головой на всякий случай и аккуратно ставлю статуэтку обратно на тумбочку...

— Валерий Сергеевич, звонили из министерства… — бросается ко мне секретарша стоит только переступить порог приёмной. — Всё потом, Ольга, — отмахиваюсь от неё. — Вызови ко мне Скачкова! Срочно! Она быстро кивает и бросается к телефону, чтобы позвать начальника службы охраны. Плюхаюсь в своё кресло. Громко выдыхаю и прикрываю глаза. Отпиваю пару глотков. Становится легче. На секунду. А потом чувства обиды и злости снова накрывают собой остальные ощущения. Нинель. Нина. Какого, вообще?! Это не моя Нинель! Стук в дверь и я разрешаю войти...

Ермаков тут же отступает на шаг и резко оборачивается. — Гаврилов? — впивается взглядом в Славу. Они что, знакомы?! — Ермаков, — ухмыляется Слава. — Вот это встреча! — Ты что здесь забыл? — неожиданно зло чуть ли не рычит Валера. — Кто тебя сюда пропустил?! Как ты вошёл?! — Как и все, Валер, — Слава продолжает ухмыляться и даже крутит брелок от машины на пальце. — Как и все. Через вход. — Что ты забыл тут? — Ермаков наседает на него. Похоже, он ещё меньше рад его видеть. Но почему? — Я же говорил...

— Зачем ты сделал это? — говорю уже громче, желая показать ему, что не боюсь. — Надоело, что ты бегаешь от меня, — наклоняет голову набок и продолжает с усмешкой рассматривать меня. Его цепкий, раздирающий в клочья взгляд словно срывает с меня одежду. Мне неуютно. Кожа вспыхивает то тут, то там. И не успеваю отскочить, когда Дан резко оказывается рядом и буквально вжимает меня в дверь. Нависает, пугая и одновременно наполняя воспоминаниями. — Ромашка…...