Логунов А.

Мы подумали друг о друге "На безрачье и рыба — рак" и отправились на досуге в кинотеатровый полумрак. Молча выйдя из кинозала, продвигаемся через двор. Хороши вечера в Рязани — жаль, не клеится разговор. И не клеимся мы друг с другом, словно мыло и фторопласт. Мы молчим, а дома в округе будто вылупились на нас. В окнах лампочки загорелись...

Этот город, рябой от колдобин на узких дорогах, не скрывает того, что для нас остаётся чужим. Он пытается нас отравить свежевыжатым смогом. Собирай чемодан, торопись, мы сегодня сбежим. Пусть в карманах лишь ключ, документы и пара червонцев — автостопом, пешком, хоть убей, мы пройдём этот путь и окажемся там, где холодное летнее Солнце круглосуточно светит, мешая спокойно уснуть, на вершины холмов, на прозрачную воду залива и на груды камней с побережий порожистых рек. Те глухие места холодны, но настолько красивы, что хоть раз побывать там обязан любой человек...

Мой дом — это сопки высокие сонные, плотный болотный воздух. Мой дом там, где чайки кричат в унисон над землёй, что насквозь промёрзла. Петляют дорожки из крошки кирпичной среди валунов и рытвин. Мой дом там, где банка варенья черничного лично тобой закрыта. Мой дом, где крылатые кланы бакланов галдят над жилым кварталом. Мой дом, где озёра, как рваные раны на теле Земли усталой; массивы заброшенных сооружений — свидетелей революций...

Прогулка в парке, стихи да звёзды, шаги неспешны, в руке рука. Звонок от мамы: "ты где так поздно?" Целуешь в щёку. -Пока? -Пока! Держаться строго порой непросто: снаружи холод, огонь внутри. Урок окончен. Мы два подростка, и нам с тобою по двадцать три. Логунов А. 2.4.17