Лёба

Я изучил науку расставанья В простоволосых жалобах ночных. Жуют волы, и длится ожиданье, Последний час вигилий городских; И чту обряд той петушиной ночи, Когда, подняв дорожной скорби груз, Глядели в даль заплаканные очи И женский плач мешался с пеньем муз. Это стихотворение Мандельштама также посвящено переживанию разлуки и соткано из эллинских образов, хотя явных отсылок здесь почти нет. У Мандельштама это стихотворение озаглавлено Tristia. Так называется собрание писем древнегреческого поэта Овидия «Скорбные песни»...

За то, что я руки твои не сумел удержать, За то, что я предал соленые нежные губы, Я должен рассвета в дремучем Акрополе ждать. Как я ненавижу пахучие, древние срубы! Это стихотворение полно эллинскими ассоциациями. Правда, поначалу, в своей первой редакции, античных мотивов здесь прочти не было. Строй стихотворения был логичен и последователен: герой расстается с женщиной после бессонной ночи и понимает, что он ее уже никогда не увидит. Когда ты уходишь и тело лишится души, Меня обступает мучительный...

В этой песне я соединил два ранних стихотворения Мандельштама. В обоих затрагивается тема нежности. Но если одно из них, «Нежнее нежного», написанное в 1909 году, лишено каких-либо драматических нот и является чистым, безоглядным восхищением внешностью и душой возлюбленной, то в другом, созданном двумя годами позже, уже слышится упрек к своей избраннице: кажется, от поэта требуют клятв и признаний в вечной любви, в которых он не видит смысла. Легкое, воздушное чувство нежности здесь переплавляется в тяжелые страсти, подобные «танцующим змеям»...

"Мне жалко, что теперь зима" — еще одно посвящение Мандельштама милой актрисе и художнице Оленьке Арбениной. С первых строк здесь начинают летать стрекозы и ласточки — образы легкости и непосредственности, с которыми поэт связывает женскую природу. Мне жалко, что теперь зима И комаров не слышно в доме, Но ты напомнила сама О легкомысленной соломе. Стрекозы вьются в синеве, И ласточкой кружится мода; Корзиночка на голове Или напыщенная ода? Женщина — взбалмошное, капризное создание, следующее моде — такой же переменчивой, как и настроение юной красотки...

Холодной петроградской зимой 1920 года Николай Гумилев и Осип Мандельштам добивались благосклонности одной и той же женщины — актрисы Александринского театра, красавицы Ольги Гильдебрандт-Арбениной. В итоге ее избранником стал третий — художник Юрий Юркун. Но в результате этого короткого, но яркого увлечения появился цикл любовных стихов, обращенных к Арбениной. Одно из них — про загадочных «пчёл Персефоны», которые велели взять с собой «немного солнца и немного мёда». Кто это? Возьми на радость из моих ладоней Немного солнца и немного меда, Как нам велели пчелы Персефоны...