Я выкладывала помидоры из пакета в холодильник, когда из комнаты заговорил Сергей. – Ань, я тут с парнями на Волгу договорился. На неделю, конец июля. Суббота-суббота. Забрось мои сапоги резиновые в багажник, ладно? Они в кладовке, за удочками. Помидор выпал и стукнулся о дно ящика. Я закрыла холодильник, обернулась. Сергей стоял в дверях кухни в тренировочном костюме и листал телефон, на меня не смотрел. – А с мамой твоей как? – спросила я. Голос ровный, но внутри уже поднималось привычное раздражение...

Дарина пришла в четверг с тортом и папкой, и я сразу поняла, что торт для меня, а папка для разговора. Налила чаю. Дочь отодвинула чашку, расстегнула папку и выложила на клеёнку стопку квитанций, перетянутую резинкой для денег. «Мам, давай по-взрослому. За три года я заплатила за твою квартиру двести восемь тысяч восемьсот. Пора вернуть». Мне шестьдесят два, сорок лет я просидела в диспетчерской на автобазе и привыкла, что любая цифра имеет время, адрес и подпись. Я взяла верхнюю квитанцию. Дата, сумма, печать банка...