Девяностые годы прошлого века. На поле стадиона в Лужниках или заснеженный газон в Черкизове выходят бразильцы Робсон и Маркао, камерунец Джерри-Кристиан Тчуйсе, поляки Ежи Бженчек и Лешек Пщинский. Для российского болельщика тех лет появление темнокожего форварда или техничного латиноамериканца в красно-белой футболке было сродни высадке марсиан. «Спартак» Олега Романцева неизменно побеждал в чемпионате России, штампуя золото год за годом, и казался оазисом благополучия на фоне нищей, разваливающейся страны...

«Спартак» 90-х. Для целого поколения болельщиков — это «икона». Это «священное» время. Девять (!!!) чемпионских титулов за десять лет. Это Олег Иванович Романцев. Это «стеночки», «спартаковский дух», «ромбик» на сердце. Это — «золотой век», который «старая гвардия» вспоминает со слезами. Но... была ли эта «гегемония» «настоящей»? Что, если это был «пир во время чумы»? Что, если «Спартак» доминировал в 90-е не потому, что был «суперклубом» (как «Реал» или «Милан» тех лет), а потому, что все остальные...