Я всегда считал, что наш брак похож на огромный аквариум. Дорогой, квадратный, с красивым освещением и чистейшей водой. Я был тем, кто менял фильтры, следил за температурой и кормил рыбок. Аня была золотой рыбкой. Она плавно скользила внутри, сверкая чешуей, и я смотрел на нее часами, чувствуя себя смотрителем в лучшем музее мира. В тот день я вернулся с работы раньше обычного. Забежал в кондитерскую, купил ее любимые эклеры с заварным кремом. В лифте я переминался с ноги на ногу, предвкушая, как она удивится...

– Да брось ты, Нин, ну кому там мешают мои покрышки? Пусть полежат до весны, гараж–то все равно пустой стоит. Слава откинулся на спинку кухонного уголка, закинул ногу на ногу и откусил внушительный кусок от бутерброда с сыром. Крошки посыпались на чистую скатерть, но он даже не повел бровью. В его картине мира уборка всегда была чужой обязанностью, равно как и решение любых бытовых проблем. Нина стояла у плиты, делая вид, что полностью поглощена помешиванием грибного супа. На самом деле она изо всех сил старалась унять дрожь в руках...