Мухаммед Али создавал образы. Это было частью его искусства — как внутри ринга, так и за его пределами. Один из самых устойчивых образов «Величайшего» — быстрый, танцующий, ускользающий боксёр. Тот, что «порхает, как бабочка, и жалит, как пчела». Тот, что делает соперников смешными своей невозможностью попасть. До него большие боксёры стояли на плоских ногах и обменивались ударами. Али двигался, как боксёр в полусредней весовой категории — нарезая круги, танцуя на носках, заставляя 100-килограммовых соперников промахиваться на считанные сантиметры одним движением верхней части тела...

Есть такое выражение: «Ринг — это зеркало». Заходишь туда — и всё, что ты есть на самом деле, немедленно оказывается снаружи. Ни тактика, ни красивые слова на пресс-конференции, ни обложки журналов не помогут, когда перед тобой стоит живой человек, который очень хочет тебя победить. Мухаммед Али знал об этом зеркале лучше, чем кто-либо другой. Он был и красавцем-оратором, и тонким тактиком, и настоящим шоуменом своей эпохи. Но именно он, «Величайший», однажды вышел на ринг с таким количеством личного груза за плечами, что это едва не стоило ему легенды...