— Уйди, дед, не порть фасад. Тут люди приличные ходят, — охранник в блестящем костюме лениво толкнул ногой старую картонку, на которой сидел человек. Старик не ответил. Он лишь плотнее запахнул рваное пальто, которое когда-то, в прошлой жизни, было кашемировым. Его пальцы, узловатые и грязные, крепко сжимали старую кожаную папку — единственную вещь, которую он не пропил и не продал за все годы скитаний. Мимо проходили люди. Дорогие парфюмы смешивались с запахом бензина и свежего кофе. Это был центр города, здание крупнейшего холдинга «Атлант»...

Звук захлопнувшейся двери все еще вибрировал в воздухе, смешиваясь с резким запахом его дорогого одеколона, который теперь казался чужим и удушливым. Елена сидела на краю идеально заправленной кровати, глядя в пустоту. В ушах, как заезженная пластинка, крутились последние слова Игоря. — Понимаешь, Лена, я еще хочу дышать полной грудью! — кричал он, лихорадочно бросая вещи в чемодан. — А с тобой я как в склепе. Ты себя в зеркало видела? Морщины, седина, вечная тоска в глазах... Ты превратилась в старый, пыльный сундук, который и выбросить жалко, и нести невмоготу...