Музыка: Santocas - Valodia | Powered by Last.fm Ленин — падший титан пантеона, икона, выброшенная на свалку метаистории, но всё ещё излучающая мерцающий свет квазибожественности. Он, как треснувший колокол, ещё звонит в окружающей нас пустоте: одни слышат набат утраченной утопии, другие — смех циника над мертвыми богами. Но богом он остаётся — даже в низложении. Ибо святость, как известно, лишь усиливается от кощунства… На Удельной, в царстве консервированных духов, деревянных, бронзовых и даже пластиковых святынь, я наткнулся на реди-мейд апокалипсиса...

Первое утро без Усти Анисья проспала. Проснулась, как от толчка, когда солнце уже било в окошко, – и первая мысль была привычная, довоенная: проспали дойку, где ж Устя, чего не разбудила. Анисья вскинулась, села на лавке и тут вспомнила, что будить её больше некому. Увезли Устю. Корову в то утро доил Гаврюшка. Доил плохо, по-мальчишески, Красуля брыкалась и мотала головой, а он сердился и чуть не плакал. Анисья слышала через стенку, как он там возится, бормочет, – и не вставала. Не было сил встать...