Запах больничной палаты — это всегда смесь хлорки, дешевого мыла и тревоги. Я лежала на жесткой кровати, глядя в белый, потрескавшийся в углах потолок, и слушала мерное пиканье кардиомонитора. Позади были три дня реанимации, куда я загремела с тяжелейшим гипертоническим кризом и нервным истощением. Двадцать лет брака с Игорем и постоянная борьба за выживание его многочисленных родственников наконец-то пробили брешь в моем здоровье. Я тянула на себе всё: наш быт, свой небольшой бизнес по пошиву штор,...

— А почему тут написано «Базовый тариф»? Эльвира Николаевна подозрительно сощурилась. — У вас там в фирме на матерях экономят? Олеся придвинула по гладкой поверхности кухонного стола глянцевый красивый конверт. — Что заказали, то и принесла. На плотном белом картоне переливался серебром логотип престижной страховой компании. Свекровь тут же цапнула добычу обеими руками. Она скривила губы и полезла в свой объёмный ридикюль за очками. Денис сидел напротив. Он усиленно делал вид, что невероятно занят оторванным краем обоев над плинтусом...