Я опустила взгляд, изобразив на лице раскаяние, которое репетировала перед зеркалом. — Прости, дорогой. Я звонила в приют раньше, но они сказали, что у машины скорой помощи возникли проблемы, а их изоляторы переполнены. Они не смогут приехать за ней до завтрашнего полудня. Челюсть Дмитрия напряглась, и его глаза сверкнули гневом. — Завтра в полдень? Я сказал тебе сегодня, Анна. — Я знаю, дорогой. Я уже отругала их, — быстро сказала я, нежно дотрагиваясь до руки мужа, теша его эго. — Но я уверяю тебя, эта женщина не выйдет из своей комнаты...

– Опять обещают, понимаешь? Завтраками кормят. Шеф сегодня на планерке клялся, что до конца недели все долги по зарплате закроют, но ты же знаешь нашу бухгалтерию, у них вечно то программа зависла, то счета заморозили. Голос мужа звучал обиженно и устало. Вадим сидел за кухонным столом, ковыряя вилкой остывшие макароны с дешевой сосиской. Он ссутулился, всем своим видом демонстрируя невероятную тяжесть бремени, которое взвалил на свои плечи. Оксана стояла у плиты, оттирая губкой пригоревшее пятно от сбежавшего молока...