Григорий Пантелеевич грозу чуял загодя. Голова начинала ныть с утра — тупая боль в затылке, знакомая до тошноты. Он выпил таблетку, запил водой из-под крана, отмахнулся. Подумаешь, давление. С кем не бывает...

Вероника с силой захлопнула дверцу шкафа. Внутри глухо звякнули вешалки. Она стояла посреди прихожей и смотрела на ровно выставленные в ряд мужские ботинки. Рядом, строго по невидимой линейке, стояли туфли свекрови. Ее собственные кроссовки были безжалостно задвинуты в самый дальний угол под обувную полку. – Вероника, ты опять оставила сумку на пуфике, – раздался из гостиной спокойный, но ледяной голос Маргариты Львовны. – Я только зашла, – выдохнула девушка, стягивая куртку. – На улице ливень, я просто хотела сначала вымыть руки...