Мой диктофон — старый, кассетный, переживший, как мне сказали, двух мародеров и кислотный дождь — тяжелее табельного пистолета. Я пришел сюда за тем, чтобы развеять миф. За запахом анархии, который так сладко ложится на бумагу в теплых редакциях Большой Земли. Лозунги «Свободы» звучали как музыка для уставшего от корпоративных войн контингента: «Не смей подчиняться!», «Воля против рабства Долга», «Зона — это свобода, а не лаборатория». Я пил с ними мутную самогонку на Милитари, слушал хриплые гитараные переборы у костров Тёмной долины и верил...