За 2 дня до родов я сидела на краю кровати и не могла наклониться, чтобы застегнуть босоножку. Живот тянул вниз так сильно, будто внутри у меня лежал не ребёнок, а тяжёлый тёплый камень, и в этот момент я ещё не знала, что самое страшное в моей жизни случится не в родзале, а дома, на кухне, рядом с кружкой остывшего чая. Август 2026 стоял липкий, душный, злой. Окна были открыты с утра до ночи, но воздух не двигался, занавеска висела мёртво, а от асфальта поднимался такой жар, что казалось, будто наш 8 этаж стоит прямо над печкой...