Настя открыла дверь своей квартиры и замерла на пороге. Сигаретный дым стоял такой плотный, что хоть режь его ножом. Две недели она была у матери, муж Алексей не поехал — нашёл сто причин, сто отговорок, а теперь она видела истинную причину. Её трёхкомнатная квартира в старой части города превратилась в какой-то притон, и посреди этого хаоса восседал её супруг с бутылкой в руке. На диване развалился незнакомый мужчина в майке-алкоголичке, рядом женщина неопределённого возраста лузгала семечки прямо на ковёр...

— Нечего выделываться! — свекровь произнесла это тихо, почти в сторону, но Ира услышала каждое слово. Она стояла в комнате в новом платье — тёмно-синем, с открытыми плечами, облегающем, — и смотрела на себя в зеркало. Только что примерила, только что поняла, что оно именно то, что надо. Сорок лет. Не каждый день такое бывает. Свекровь Зинаида Федоровна сидела в кресле у окна и смотрела так, как смотрят на что-то неприятное, но терпят из вежливости. — Что вы сказали? — спросила Ира, обернувшись. — Я говорю, зачем так вырядилась...