Я постучала ногтем по стеклу барометра. Стрелка качнулась и снова легла на «Переменно». Мама стучала по нему каждое утро тридцать с лишним лет, прежде чем выйти на остановку, и приговаривала: «Ну, что нам сегодня пообещают?» Круглый, в латунном ободке, с царапиной поперёк слова «Сушь», он так и висит в прихожей на старом гвозде, и снять его у меня рука не поднимается. Мамы не стало в феврале двадцать четвёртого года. С тех пор я каждое воскресенье езжу на улицу Бебеля: проветрить, полить её алоэ, проверить краны...