Платье лежало с вывернутыми швами на столе. Серафима разгладила ткань ладонью. До чего же добротное сукно! Темно-зеленое, гладкое, плотное, без единой дыры, только крой безнадежно устарел. Платье принесла жена старосты утром. Развернула холстину и не то попросила, не то приказала: – Ты мне сделай так, чтоб не узнали старое платье. Чтобы подумали, будто из города новое привезла, от городского портного. Серафима кивнула медленно, а сама же уже принялась за дело. Растянула платье по столу, прищурилась, рассматривая его в тусклом, осеннем свете...