Косить надо, пока трава сочная, тугая, да нет мужика в доме… с прошлого лета стала Евфимия вдовой, зашибло мужа бревном на лесоповале. И вот с приходом летнего зноя она стояла на крыльце своего перекошенного, разрушающегося без мужской руки пятистенка и смотрела красными от слез и бессонных ночей глазами на яркую зелень луга за деревней. На краю деревни стояла мельница, сиял изумрудно-заливной луг – хозяйство, что осталось после мужа. В долгах, неподъемное, большое, непосильное тридцатилетней вдовице с двумя ребятишками...